Читаем Семь грехов полностью

Деос переступил порог, и демонесса закрыла дверь на ключ. Тем временем бывший Вестник осмотрелся. Он отметил, что у влиятельной барышни почти такие же условия, как и у него: поперек длинной комнаты стояла двуспальная кровать с изголовьем из кованого железа, покрашенного в серебристый цвет. Небольшой проход, оставленный в изножье, выводил на балкон. Черт направился прямиком туда. Он привалился на перила и нагнулся вперед, заинтересованно осматривая открывающиеся с балкона окрестности.

– А вид тут хороший, – повернулся он к Неамаре.

– У тебя не такой? – недоверчиво спросила она.

– По всей видимости, мне выделили самую плохую комнату, – Деос с натяжкой улыбнулся. – И тут куда ни плюнь… ранги, иерархия, расовая дискриминация, все дела…

– И что же у тебя за вид? – демонесса встала рядом с Деосом, положив руки на металлическое ограждение.

– Отсутствие окна щедро компенсировали зеркалом… – кисло произнес он. – Я, конечно, не прочь смотреть на себя в отражении, там вид нисколько не хуже всех этих алчных завитушек. Но подышать свежим воздухом было бы куда приятнее.

Информатор Темного Владыки внимательно изучал улицы. Было очень тихо, и среди всех возможных звуков города сейчас раздавался только еле уловимый шум воды. Легкие волны бились о каменные стены каналов.

– Ни единой души… – заговорил Деос. – Еще недавно толпы Алчностей расхаживали по улицам, а сейчас никого. Удивительные существа эти эльфы! Живут по строгому общему режиму. А во Френзисе будто бы до сих пор не закончился первый день с самого рождения греховной земли. Просыпаешься, выглядываешь в окно, а там ничего и не менялось. Женщины легкого поведения как стояли, так и стоят, пьяницы тоже на своем месте. Какое сейчас время – и не разобрать.

Деос опять умолк, продолжая рассматривать опустевшие улицы.

– А нет, взгляните! Все же нашелся вероломный нарушитель порядка. Согнулся в три погибели. Крадется, словно тень. Только вот накидку с каменьями забыл снять. Светится, как эльфский купол, – негромко хохотнул он над припозднившимся прохожим.

Неамара тоже улыбнулась. Эльф двигался действительно смешно. Нет чтобы ускориться и быстро дойти до дома, он предпочел передвигаться крадущимися шагами и короткими перебежками. Плащ был настолько ярким и так переливался россыпью камней, что мужчина походил, по меньшей мере, на какое-нибудь дикое алчное животное с привычными в этих краях наростами. Возможно, он приоделся для свидания и уже успел пожалеть об этом.

– И заметьте: кто изобрел время, по которому мы все живем? – отвлек ее голос черта. – Представитель Алчности. Казалось бы, такая обыденная вещь, как тень, отбрасываемая от предмета, натолкнула его на мысль о создании часов. Он покрутил вокруг продолговатой вазы фонарь и сообразил для грехов приспособление, без которого жить стало сложно. Длительность дня он сопоставил с биоритмами, где потребности в трехразовом приеме пищи и сне обозначили границы между отдыхом и рабочими часами.

– Удивлена, что ты так много знаешь, – взглянула на него демонесса.

– Лишь потому что я Блуд? – на лице черта возникла ухмылка.

Он уселся на перила балкона. Тонкое черное одеяние, перехваченное поясом, немного спало, оголив его грудь и ноги. Он приметил на себе заинтересованный взгляд Неамары и решил объясниться:

– Зато такой вот эльфийский халат висел в номере.

– Такой у меня тоже есть, но он явно шился с учетом физиологических особенностей эльфов, у которых отсутствуют хвосты, да и крылья тоже, – пожав плечами, ответила она ему.

Деос посмотрел на свой свободно гуляющий из стороны в сторону хвост:

– Как думаете, оштрафуют ли меня за перекройку этого чудного расистского изделия? Все же я сделал более универсальную модель.

– Страшнее… – с напряженной интонацией шепнула ему баронесса. – Заставят пожизненно выступать в «Шарле де Лантье».

– Ну, это не самая страшная участь. Кстати… насчет моего сегодняшнего выступления… Удалось ли мне удивить вас? Можно ли было назвать этот поступок романтичным?

– Вспоминая реакцию сидящих в зале женщин, это был несомненный успех.

– А для вас, командир?

– Скажу так: мне стихи еще никто не посвящал.

– Что ж, тогда бессонная ночь за пером и чернилами была проведена не зря.

– Есть ли значение у твоих татуировок? – внезапно спросила демонесса.

– Хотите, значит, поговорить о моих татуировках? – тема явно пришлась черту по душе. – Мне в подробностях рассказывать даже о тех, что не видны?

– Нет.

– Тогда… Все, что вы видите на руках, шее, груди, спине, по большей части указывает на мое отношение к Вестникам: о наших лучших делах, полученных званиях за время нахождения в банде, лишь несколько мотивирующих цитат разбавляют этот рабочий журнал. Все, что ниже… – он провел руками по тем местам, которые и так не вызывали вопросов об их расположении, – рассказывает о самых ярких любовных подвигах.

– Называй вещи своими именами – блудных подвигах, – нарочито исправила его огненная воительница.