Читаем Семь грехов полностью

– Он просил быть избирательнее… – Цензир задыхался. Видно было, что слова давались ему с трудом. – Выбирать рабов, склонных к разрушению. Я-то, конечно, этим не занимался. Посылал всех подряд. Я… все сказал; теперь отпусти меня.

Неамара не успела ничего ему ответить. Голова работорговца вдруг упала на пол и откатилась на несколько шагов, а из шеи хлестнула кровь. Сбоку от демонессы стояла Фурия с окровавленным лезвием тахшема.

– Что ты творишь?! – голосом, полным негодования, воскликнула предводительница. – Решения здесь принимаю я!

– Этот башедаз должен был умереть. Он еще обошелся малой кровью, – оскалилась горгона.

– Он мог рассказать нам больше! – гневалась демонесса.

– Он больше ничего бы не сказал.

– Откуда тебе это знать?

– Я просто знаю.

– Последний раз я прощаю такое непослушание, запомни это! – пригрозила ей Неамара.

Фурия ничего не ответила. Она встала позади соратников с чувством победной эйфории. Месть, как ничто другое, питала ее и насыщала жизнь смыслом.

– А ведь мы могли взять его в заложники и выманить таким образом Сагелиоса. Сделать вид, будто Душегубы так и продолжают вести свою деятельность, – расстроилась демонесса.

– Это было бы слишком рискованно – сидеть в логове врагов, держа их главаря. Они бы предпочли наброситься на нас, – произнес Америус, глядя в остекленевшие глаза Цензира.

– Думаю, ты прав, – кивнула демонесса. – Деос, обыщи стол. Вдруг найдешь что-нибудь примечательное.

Информатор отошел и начал перебирать стопки бумаг.

– Как вы? – вспомнила о Вестниках Неамара, и тут же испугалась, увидев лишь одного из них.

– Табер ушел, чтобы подать остальным знак о начале операции, – ответил Ильмайс. – А так все отлично! Руки и ноги целы. Если бы не ваш маг, нас бы уже не было. Безмерно вам благодарен, – черт неуклюже поклонился эльфу.

– Не стоит, – остановил его Америус.

Нарастающие голоса, молящие об освобождении, напомнили озадаченному отряду, что пленники еще не выпущены.

– Надо освободить этих бедолаг из клетки и расспросить об этом маге, – предложила баронесса. – Ключи кто-нибудь видел?

– Здесь какая-то связка валяется, – сообщил ей Деос.

Он подвинул ключи на край стола. Демонесса взяла их и стала подбирать подходящий к замку. Наконец четвертый ключ идеально подошел и прокрутился внутри механизма. До смерти напуганные и одичавшие пленники выскочили из клеток, едва не сбив с ног своих спасителей. Успевшая отскочить Неамара избежала прямого столкновения. Кимар же остался в самой гуще и лишь вынуждал быстрое течение разбиваться о него, как о скалу. Америусу повезло меньше: выбитая пленниками решетка отшвырнула его в сторону. Он уцелел, но по его ногам будто бы прошелся легион минотавров. Он тихо застонал, согнувшись над истоптанными сапогами:

– Вот тебе и вся благодарность.

– Эй! Постойте! – крикнула освобожденным пленникам Неамара. Но к тому моменту последний из них уже скрылся из виду. – Эти обезумевшие рабы погубят себя и выдадут нас! – встревожилась Неамара, услышав их топот на лестнице.

– Не волнуйтесь, – сказал Вестник. – Вторжение уже началось. Пленники как раз пробегут в момент захвата штаба. Работорговцам сейчас точно не до них.

Слова информатора успокоили Неамару. Помощь прибыла незамедлительно после победы над главарем, как и обещал Сайлес.

– Все-таки кое-кто предпочел остаться с нами, – заметила Ферга притаившуюся в тени фигуру.

Пленник, осознавший, что его заметили, робко направился к выходу. Как оказалось, в углу опустевшей клетки осталась одна девушка, которая, судя по ее неспешным движениям, не торопилась примкнуть к одичалому стаду. Ее белые волосы неестественно развевались в разные стороны. Они подчинялись собственным законам левитации, так же как и наряд девушки-привидения, который устремлялся назад, гонимый порывами для нее одной существующего ветра. Легкое серебристо-серое платье струилось до самых пят белокурой пленницы. От этого девушка казалась невесомой. Ее шаги не производили ни малейшего звука. Она остановилась перед Неамарой, изучая ее своими безжизненно-белыми глазами, будто покрытыми бельмом. Кто-то мог увидеть в них лишь поверхность, а кто-то – разглядеть глубину. Но было очевидно, что это представительница Уныния[7].

Демонесса, не дождавшись, пока девушка заговорит, была вынуждена начать разговор сама:

– А ты, я смотрю, не торопишься за остальными.

После недолгого молчания девушка сказала:

– Мне некуда торопиться.

– Как тебя зовут? Ты видела того некроманта?

– Мое имя Хелин. Мне не удалось его застать. Полагаю, я должна быть этому очень рада, – ее речь была так же монотонна и медлительна, как и она сама. – Я хочу присоединиться к вам. Чтобы поймать этого Сагелиоса.

– Ты можешь постоять за себя? – с сомнением в голосе поинтересовалась демонесса.

– Могу. Я в свое время была лучшей ученицей академии Уныния. У меня особые взаимоотношения с магией, уж поверьте.

– Что ж, можешь присоединиться, – согласилась Неамара. – Посмотрим, что из этого выйдет.

– Вы не пожалеете. Я вам пригожусь, – кивнула девушка в подтверждение своих слов.