Читаем Сектор Андорра полностью

— Пахло неправильно, — прошептала она, разбивая мне сердце. Поцеловав Катриану в висок, я крепче прижал ее к себе.

— Прости меня, — прошептал я. — Я не знал, — но должен был знать или как минимум догадываться. Беременной омеге нужен альфа, чтобы чувствовать себя в безопасности. Я же бросил ее. Никакие благие намерения не оправдывали моего отсутствия. Так же, как никакие извинения не исправили бы положения.

Нет, Катриане нужно было от меня кое-что другое.

Забота и сила.

Я вышел из комнаты и понес Катриану в свою спальню.

— Ничего страшного, дорогая, — тихо заверил я, беспрестанно урча для нее. — Мы построим новое гнездо. Правильное.

И тогда ей стало бы лучше.

По крайней мере, я на это надеялся.

Глава 19

Кэт

От его запаха моя волчица вышагивала и сердито рычала внутри меня.

Зрелые омеги.

Свободные омеги.

Конкурентки.

Я хотела ругаться и требовать, чтобы Андер немедленно снял зловонную одежду. Но не могла. Потому что пришлось бы напрячься.

Проще было лежать на руках у Андера.

Меньше усилий.

Способ существовать без жизни.

Когда он положил меня по центру своей кровати и отошел в сторону, мои губы задрожали. Здесь было не лучше, чем у окна. Разве что мягче. С видом на потолок вместо гор вдалеке.

Урчание Андера стало громче — гипнотическая музыка для моих ушей, которой я отказывалась поддаваться. Он просто отнял бы ее чуть позже. Снова оставил бы меня тонуть в страданиях, пока во мне рос его ребенок.

Как моя жизнь стала такой?

Пустота.

Бесчувствие.

Возможно, именно так чувствовали себя зараженные. Никаких мыслей, и только одна цель — выжить.

За исключением того, что вряд ли я хотела жить. Нет, неправда. Хотела. Ради ребенка. Но что затем? Райли сказала, что ребенок может оказаться в опасности, если другой альфа захочет отнять меня у Андера.

Вздрогнув от пугающей мысли, я свернулась клубочком и обнаружила, что угодила в руки Андера.

Он устроился так, чтобы я носом уткнулась в его обнаженную грудь, и бодрящий запах сосны поддразнил мое обоняние.

«О, он разделся, — чуть не замурлыкала волчица, растянувшись рядом с ним. — Нет больше вони омег. Только альфа»

Вытянувшись, я переплела наши голые ноги.

Андер снял не только рубашку, но и всю одежду.

Теперь горячее мужское достоинство твердело у моего живота.

«Так вот зачем он вернулся? — сглотнула я. — За сексом?»

Вряд ли я могла отдаться Андеру в своем нынешнем состоянии. Конечно, мое тело выработало бы для него скользкую смазку, но я бы не получила удовольствия.

«А кому есть дело? — с горечью подумала я. — Разве не это моя работа? Трахаться с альфой, когда бы он ни пожелал? Вынашивать его потомство?»

Из моего глаза выкатилась слеза. Вслед за ней вторая.

Только чтобы Андер сцеловал их и, запрокинув мне голову, встретился со мной взглядом. Урчание в его груди, больше напоминавшее мурлыканье, зазвучало громче, окутывая нас плащом защищенности, обещавшим унять мою боль.

Андер соприкоснулся со мной губами, не требуя, не доминируя, лишь слегка целуя.

— Прости меня, — прошептал он, извиняясь уже во второй раз. Почему-то мне казалось, что он нечасто извинялся. — Я больше никогда тебя не оставлю, — пообещал Андер.

Вот только я ему не верила.

Он так говорил, чтобы я почувствовала себя лучше на благо ребенка, росшего у меня внутри.

Все, что Андер сейчас делал, было исключительно ради продолжения рода.

Мое сердце болело, и проклятый орган грозился снова разбиться. Будь проклят Максим. Ему непременно нужно было нацелиться на грузовик с продовольствием. Как же я сглупила, не усомнившись в его словах.

Я не скучала по своей пещере.

Не скучала по людям, с которыми выживала. Все, о ком я заботилась, умерли, научив меня никогда ни к кому не привязываться. Если никого не любить, не придется оплакивать неизбежную утрату.

Но я скучала по простоте прошлой жизни.

По временам, когда выживание было моим единственным стремлением.

Я не знала, как принять новое положение вещей. В секторе Андорра моим предназначением было рождение детей и не более. С чем я никак не могла смириться.

Андер снова соприкоснулся со мной губами, привлекая к себе внимание.

— Катриана, — прошептал он, потершись со мной носами. — Стая полагается на меня. Своим побегом ты бросила мне вызов, что плохо отразилось на моем положении в Андорре. Я отреагировал резковато. Но в некоторой степени я все еще считаю, что принял необходимые меры. Ты должна понять наше общество, и что означает быть моей.

«Но я не твоя», — хотелось мне сказать. Увы, мои стоически поджатые губы отказались двигаться, и я лишь моргнула.

Такой теперь была моя жизнь? Дышать и не думать. Существовать и не чувствовать. Навечно остаться в одиночестве.

Меня передернуло от самой концепции такой деградации.

«Это не я. На самом деле я не такая. И не хочу становиться такой»