– Ну, это, пожалуй, будет преувеличением. Якоб действительно предложил новаторскую идею, но это была всего лишь идея. Нам потребовалось семь лет, чтобы воплотить ее в жизнь, мы привлекли к работе лучших бизнес-психологов, самых опытных начальников по кадрам из «МакКинси» и «Майкрософта». Мы набирали экспериментальные группы интенсивного обучения. За эти годы мы потратили тридцать миллионов крон на разработку этой системы и на то, чтобы ее запатентовать. Мы и сейчас выкладываем большие суммы на поддержание и развитие месмограммы. Если месмограмма стала всемирно известным и признанным брендом, то это достигнуто благодаря работе всего коллектива. Притом мы постоянно ведем борьбу за успех, а предстоящее слияние поможет нам подняться на следующую ступень.

– Так почему же сбежал Якоб?

Фердинанд Месмер пожал плечами:

– Такая уж у него привычка – бегать и прятаться от людей или уходить в себя.

– Что-то же послужило толчком?

– Как я уже сказал, воплотить его идею в жизнь было делом совсем не простым. И Якоб вместе со всеми трудился над этой задачей. Может быть, срыв был вызван переутомлением? Во всяком случае, другим сотрудникам становилось все труднее поддерживать с ним рабочие отношения. Он стал увольнять хороших специалистов, если они в чем-то с ним не соглашались. Вел себя невежливо с нашими партнерами и инвесторами. И в конце концов он все бросил.

– А как он это сделал?

– Просто перестал появляться на работе, так что нам всем пришлось за него трудиться, чтобы спасти проект. У нас с Якобом было несколько объяснений, прежде чем произошел окончательный разрыв. Он не желал больше работать в фирме и участвовать в проекте по созданию месмограммы. – Фердинанд тяжко вздохнул. – Он отвернулся от семьи. Несколько лет о нем не было ни слуху ни духу, потом он вдруг объявился уже в качестве проповедника-пятидесятника, – презрительно скривил губы Месмер.

– Его можно было назвать религиозным человеком?

– Нет, напротив. Он был прагматик, он во всем любил конкретность. К религии относился как к банальному суеверию.

– Так отчего же вдруг такая перемена?

– Наверное, попал под чье-то дурное влияние, – иронически ответил Фердинанд Месмер.

– И если оставить в стороне отцовскую тревогу, по каким еще причинам вам нужно найти Якоба?

Фердинанд Месмер смерил Томаса взглядом, который ясно говорил, что он недоволен его тоном, но все же спокойно ответил:

– В один прекрасный день Якоб неожиданно исчез и больше не появлялся в фирме. Хотя в личной беседе он отказался от всех профессиональных и семейных связей, юридически это не было оформлено.

– И для того, чтобы могло состояться слияние, вам нужна его подпись.

– Мне нужно, чтобы он официально вышел из числа владельцев. Разумеется, он получит за это полную компенсацию, но важно, чтобы он это сделал. Поэтому я хочу, чтобы вы, когда найдете его, передали ему на подпись вот этот контракт. – С этими словами он увечной рукой подвинул к Томасу лежавший на столе большой конверт из желтой бумаги.

Томас, не притрагиваясь, посмотрел на конверт. Он лежал у Месмера наготове, как будто тот заранее все продумал и знал, чем закончится встреча.

– Когда я обещал найти вашего сына, я поступил так, считая, что это важно для вас лично, а не потому, что это выгодная сделка.

– Но для меня это действительно личное дело. И вы даже не представляете себе насколько. Мне жаль, если вам кажется, что я вас в чем-то обманул, – я и в мыслях такого не имел. Я очень хочу отыскать Якоба и помириться с ним. Но, кроме того, у меня есть и другие обязанности по отношению к семье и многочисленным работникам этого предприятия, а также по отношению ко всем, кто в будущем воспользуется плодами нашей деятельности. – Фредерик Месмер наклонился над столом, придвинув лицо к Томасу. – Я готов увеличить ваш гонорар, чтобы компенсировать случившееся недоразумение.

– Я так не работаю.

– Ну хорошо, – кивнул Месмер и улыбнулся Томасу. – Так, значит, я могу считать, что вы продолжаете на меня работать?

28

Томас возвращался домой по Страндгаде, при нем был конверт, который ему вручил Фердинанд Месмер. Он ожидал, что его работа сегодня закончится и Месмер наймет другого сыщика. Кругом сколько угодно незанятых детективов, которые с радостью ухватятся за такое дело, среди них немало людей и более опытных, и более сдержанных на язык, чем Томас. Но Месмер, несмотря на вызывающее поведение Томаса, не отказался от его услуг. Томас подозревал, что за его разрывом с Якобом кроется что-то еще и что у этого семейства имеются и другие скелеты в шкафу, которые пока еще не вывалились наружу. Он прикинул вес конверта, который держал в руке. Конверт был тяжелый, и Томас подумал, что контракт, как видно, составлен тщательно и предусмотрительно. Нужно признать, что Фердинанд Месмер ловко добивается от людей того, что ему нужно. До последней встречи задача Томаса состояла в том, чтобы узнать адрес, теперь же Томас получил повышение, его сделали посыльным, который должен лично встретиться с Якобом. Томас достал телефон и набрал номер Виктории.