– Если бы так, я остался бы в Малаге, – возразил Эдуардо, снова усаживаясь на высокий стул, и, обернувшись к Томасу, спросил: – Так что же Миккель? Он поправится?

Томас кивнул:

– Надеюсь. Хотя на службу вернется не скоро.

– Надо сказать, ему повезло. Кроме одного убитого полицейского, у них еще двое тяжелораненых.

Томас кивнул.

– Ну а что с делом Каминского? Ведь, кажется, его ведет Миккель.

– Это так. Но, насколько я знаю нашу систему, тут выстроится еще целая очередь из желающих потолковать с Каминским. После того как это дело стало громким, все отделы захотят получить свой кусок от этого пирога.

Томас отхлебнул пива из кружки.

– В новостях сообщили, что в клубе найдено сто килограмм гашиша и три килограмма кокаина, не говоря уже о большом количестве краденого товара, который хранился в подсобке, – прибавил Йонсон.

– Думаешь, он что-нибудь скажет? – спросила Виктория.

– Сомневаюсь. Тем более что он от этого ничего не выиграет.

– Значит, он не пойдет на сделку?

Томас отрицательно покачал головой:

– Во-первых, все указывает на него как на главаря. А во-вторых, никто в прокуратуре не захочет давать поблажки тому, кто убил полицейского. Такого рода поступки не идут на пользу твоей репутации.

Эдуардо взял свое пиво и поднялся из-за стойки:

– Больно уж здесь жарко.

Демонстративно обмахиваясь рукой, он вышел на улицу и встал у раскрытой двери.

Виктория скрутила себе сигаретку и посмотрела на Томаса:

– Сыграем в карамболь?

Томас покачал головой.

– А если я дам тебе десять очков форы?

– Что-то нет настроения.

Он заказал еще две порции: себе – пива и шерри – для Виктории.

Виктория закурила и выпустила густую струю дыма:

– Его посадят до конца жизни. Разве этого недостаточно?

Томас закусил губу:

– Не он убил Еву, это сделал кто-то другой, и убийца все еще гуляет на свободе.

– Но ты же сам сказал, что за всем этим стоит Каминский. Разве это не будет в каком-то смысле восстановлением справедливости?

– Возможно. – Томас тяжело перевел дух. – Во всяком случае, Каминский сейчас вне пределов досягаемости.

– Как насчет новой работенки? – спросил Йонсон, главным образом чтобы разрядить атмосферу. – Эдуардо говорит, ты ходил на собеседование?

Томас кивнул и посмотрел на Мёффе, который спал внизу, рядом с высокой табуреткой.

– Ну, так о чем была речь? – не отставал Йонсон.

– Не могу сказать, они заставили меня подписать обязательство о неразглашении еще до начала переговоров, – усмехнулся Томас.

– Видать, дело серьезное! – сказал Йонсон.

– Одно скажу – местечко там занятное. Огребают огромные деньжищи за то, что обучают руководителей предприятий. Ну, знаете, сейчас же все помешались на повышении эффективности. В этом духе.

– Господи спаси и помилуй! – воскликнул Йонсон. – Но платят-то хотя бы как следует?

– Заплатили бы, если бы я согласился, но я не стал.

– Чего-чего ты не стал? – Йонсон посмотрел на него тем взглядом бывалого боксера, который способен был сбить спесь с любого противника.

– Ну да… Вообще, я сказал, что должен подумать, – соврал в замешательстве Томас.

– Поди не потребовали же от тебя кого-нибудь убить! А тогда что там еще раздумывать! Ты же всем кругом должен, в долгах как в шелках!

– Ну, не так уж плохи мои дела, – улыбнулся Томас.

Йонсон заглянул в лежавшую перед ним тетрадку:

– Две тысячи триста пятьдесят только за этот месяц, не считая того, что прибавилось сегодня. А за стоянку на причале ты заплатил?

– Конечно заплатил, – сказал Томас, обиженно пожав плечами. – И я же сказал, что подумаю.

Виктория опорожнила свою рюмку:

– Пожалуй, пойду. Мне завтра работать.

Ласково похлопав Томаса по плечу, она попрощалась с присутствующими.

– Глядишь, набрался бы там опыта, узнал бы что-то новое и полезное, – буркнул себе под нос Йонсон.

Ничего не ответив, Томас обвел глазами зал. Кроме одного-единственного посетителя, дремавшего за самым дальним столиком, да их с Йонсоном, в помещении никого не было. Йонсон взял чашку и, попивая кофе, листал газету.

– По-моему, ты ни разу не предложил мне чашку кофе, – сказал Томас.

– Чего-чего? – Йонсон оторвался от газеты и застыл с чашкой в руке.

– Ну да – чашку кофе! Может, нальешь?

– С пивом что-то не так? – спросил Йонсон, кивая на стоящую на стойке бутылку.

– Все так. Просто я с удовольствием выпил бы кофе.

– Ты же вроде не пьешь кофе?

– Для разнообразия. Говорят, это всегда приятно.

– Ишь чего захотел! Шиш тебе тут кофе! – ответил Йонсон, отставляя чашку. – Если хочешь, валяй на кухню и вари себе сам.

«Вот тебе и тест Месмера!» – подумал про себя Томас.

15

Без четверти девять новая смена слушателей пила кофе в холле «Месмер ресурсиз» перед лекцией, которую должен был читать сам Месмер. Из своего кабинета он сверху полюбовался на это зрелище, затем перевел взгляд на Томаса, который сидел за столом напротив:

– Я предлагаю вам пятьдесят тысяч авансом за то, чтобы вы разыскали моего сына.

Томас ничего не ответил, а только следил глазами за Месмером, пока тот усаживался в свое кресло.