Читаем Секс-отель полностью

Быстренько стягиваю с себя пижамные штаны, совершенно не заботясь о том, чтобы это выглядело красиво, и удобно усаживаюсь в кресло. Сама себе удивляюсь: обычно я стараюсь раздеваться так, чтобы это было крайне сексуально. Но сегодня я делаю все с комфортом, чтобы удобно было именно мне.

Под голой попкой бархат кресла кажется чем-то райским. Я расслабляю булки, раздвигаю ноги пошире, чтобы была видна моя красавица, и приказываю:

– Начинай.

Боже! Как же хорошо вот так сидеть и кайфовать от того, что ублажают тебя, а не ты сама трудишься и сосешь чей-то член, а потом еще и давишься спермой.

Он сразу начал работать языком и я вздрогнула, ощутив влажный его кончик на своем клиторе.

– Начни с поцелуев, – приказываю ему, – поцелуй меня туда взасос.

Я кончаю от своих идей, от собственных мыслей. А может от того, что мне можно все. Казалось бы, ничего такого и не происходит. У кого-то, может, такое в спальне каждый день. Но только не у меня.

Я ощутила его пухлые губы. Горячие, горячее моего тела, такие нежные и мягкие, словно это специальное приспособление для интимных ласк. Я застонала.

– Ммм, как же хорошо, – говорю на выдохе.

Рвано дышу, хватая ртом воздух, словно рыба на суше, пытаюсь втянуть по максимум воздуха чтобы хоть на миг отсрочить прибывающий оргазм. Я не хочу кончать так быстро, тем более, мое тело не так-то скоро восстановиться, а рассудком я хочу перебрать хотя бы половину красавчиков, предоставленных мне.

За волосы оттягиваю его голову и любуюсь красивым ртом. Про себя радуюсь, что на его глазах маска. Не знаю, смогла бы я так свободно себя ощущать, будь он без нее.

Клитор немного успокоился, можно и продолжить.

Отпускаю его и командую:

– Продолжай.

Он послушно приникает к моей красавице и, как я и требовала, начинает с поцелуев. Только вместо языка я все чаще ощущаю его горячие губы и огненное дыхание. Он не спешит касаться клитора, видимо, понял, что я не хочу мгновенной разрядки. Что же, молодец, парниша!

Я расслабляюсь и закрываю глаза, наслаждаясь сладкой негой. Неимоверно приятно просто вот так вот сидеть и ни о чем не думать. Ощущать его язык между своих складочек и и кайфовать от текущего момента.

«Ах!» – вскрикиваю и напрягаюсь, открыв глаза. Этот проказник задел языком мою самую чувствительную зону. Он все-таки начал работать с клитором. Хочет, наверное, чтобы я побыстрее кончила.

– Не делай так больше, – говорю строго и пошире раздвигаю ноги. – Давай язычком внутрь, хочу ощутить тебя там.

Его язык входит мне во влагалище, я ощущаю, словно удар током. А я и не знала, что я такая чувствительная. А вот оно как, оказывается.

Теперь он не трогает клитор, а трудится уже внутри.

«Хорошо, мальчик, делай пока так».

Я меняю позу: операюсь пятками о край кресла и двигаю попку поближе к его лицу. В голову закралась мысль про анилингус, но пока, все же, не до этого.

«Чего упускать шанс? Надо все попробовать» – шепчет мне рассудок. Но какая-то его часть, наиболее трезвая, ни в какую не соглашается с такой развязной идеей.

Моя новая поза позволяет глубже вводить язык мне в лоно. Не могу сказать, что это приятнее, чем член, но что-то в этом есть. Наверное, сам факт того, что его лицо у моей попы.

Мне надоели эти действия, я остановила паренька и посмотрела ему в лицо. Пухлые губы блестят от слюны, от активной работы они стали еще розовее. Однако, целовать мне их вовсе не хочется.

Вот как мужчины целуют женщину после минета?

***

Я встала с кресла и пошла к двери.

– Следующий!

В предбаннике толпилась группа парней, при моем появлении они торопливо натянули на глаза маски и прекратили разговор. Рядом с ними я заметила седого мужчину в костюме, он поймал мой взгляд и обратился:

– Вас все устраивает?

– Да, хочу выбрать следующего. Этого можете забирать, он отработал.

– Конечно, как скажете.

Парни зашли в комнату и выстроились в шеренгу, а тот, что только что был моим, отправился на выход.

Я оценивающе посмотрела на парней. В мозгу вертелось, что выбирать надо губастых, но меня потянуло к мощному качку с волосатой зататуированной грудью. Его длинные рыжие волосы ниспадали с плеч, четкие небольшие губы подчеркнуты недлинной бородкой. «А глаза, наверное, как у дикого льва» – шальная мысль пробежала у меня в голове.

– Этот, – я показала на него. Почему-то взять его за руку, как того парнишу, я не решаюсь. Как будто боюсь, хоть и понимаю, что командую парадом тут только я.

Я даже не дотронулась до него, хоть и очень хотелось, просто показала пальцем. Мужчина в костюме кивнул и подтолкнул мой выбор ко мне, вывел остальных и закрыл за собой дверь.

– Я хочу, чтобы вы сняли маску, – говорю я не своим от волнения голосом. Меня бросает в жар, а потом окатывает холодом. С ужасом понимаю, что я сказала это вслух и офигеваю от происходящего. И почему я обращаюсь к нему на «вы»?

Он стоит крепко, как качки в спортзале, немного расставив ноги. Резким движением снимает повязку с глаз и я теряю дар речи: он лет на десять меня старше! Взгляд действительно хищный, по-звериному прямой и агрессивный, но кончик губ игриво направлен вверх: он мне улыбается?