Читаем Секс АНДЭ! полностью

– Немедленно убирайся! – орет. – Я велела, чтобы тебя здесь не было! Я тебя уничтожу!

Прежде, чем я успела опомниться, она вырвала у меня бутылку, швырнула ее в ведро и поволокла за дверь мою сумку. Это я ей бы еще простила, но пиво! Пиво!!!

– Да ты совсем спятила, идиотка?!

Через секунду мы уже орали на два голоса.

Примчался испуганный хозяин. Несмотря на ярость, я все же догадалась о том, что Женя узнает, как активно проводят свой досуг его «жена» и «старшая сестра». Быстро включив воду из глаз и жалобно пропищала:

– Вызовите полицию, пожалуйста!

Хозяин поспешил мне на помощь, пытаясь вразумить Тичера. Та решила поиграть в двуликого Януса и прижав ладони к груди, лепетала:

– I’m sorry!

За чем тут же следовали душераздирающие вопли, посвященные мне. Я тихо плакала, строя из себя невинную жертву режима. Хозяин проникся и куда-то сбежал.

– Оставь мои вещи в покое, старая дура! – крикнула я, оставив свою игру.

– Кто?!! – взбесилась она и пошла в рукопашную, точнее, попыталась…

Тичер размахнулась, но прежде, чем она нанесла запланированную пощечину, я увернулась, перехватила тянущиеся ко мне руки и вонзила ногти в ее «нежную, тонкую кожу». В ту же секунду, не давая ей опомниться, я опрокинулась на спину, согнула ноги в коленях и с силой ударила Елену в живот, не отпуская ее запястий. И снова, и снова. Последний удар был настолько сильным, что Мадам отнесло к стене, об которую она ощутимо треснулась затылком.

Это, видимо, вернуло часть ее мозга на место.

Я в жизни никогда еще не дралась и это совершенно новое, пьянящее ощущение своей силы, вдруг потрясло меня. Я, которая всю жизнь пригибала голову, дала кому-то отпор! Я! Я привстала, готовая броситься на Тичера снова, схватить за волосы, снять скальп и отрезать ухо в качестве военного трофея, как сержант Скотт, но… Вернулся хозяин и я со слезами опустилась на кровать.

– Все в порядке, мы разберемся! – объяснила старичку Тичер, отлипая от стенки и мы остались «разбираться».

Из разборок я вынесла следующее:

а) «ты язва на теле коллектива»

б) «нет ни одного человека, с которым бы ты еще не поссорилась!»

в) «никто с тобой жить вместе не хочет»

и прочие, небезынтересные мелочи, которые не совсем правда. Не далее, чем всего полчаса назад, Лера и Аля, которые ненавидят меня больше всех, позвали меня к себе в номер.

Я, встретила их, когда ходила за пивом. Тичер, видимо, об этом не знала.

–…у меня ангельское терпение! – говорила она.

«А у меня – сильные ноги» – мысленно комментировала я, одновременно желая врезать ей снова и хлюпая носом, если нас вдруг кто-нибудь слышит.

– …но с меня хватит! Ты поедешь домой! – закончила Тичерина и ушла к девчонкам – замазывать раны йодом.

Я довольно сильно ее подрала. И так, как я была пьяна, покинута еще одним парнем и зла на весь мир, то унизительнее быть уже не могло. Я встала, умылась, достала карточку и пошла звонить Диме.

Что может быть приятнее, чем звонок любимому в четыре утра?

Дима спал, но проснулся и узнав, кто ему звонит, немедленно закурил. Голос у него был хриплый и виноватый.

– Ну, наконец-то, – выдохнул он.

Я усомнилась в его рассудке. В смысле: «Наконец-то?» Тичер что, уже ему позвонила?

– Давай, говори, – сказал Кан. – Я весь открыт, как к кресту прибит.

– Я подралась с Еленой, – напомнила я, решив, что он висел на своем кресте без панамки и теперь сам не понимает, что говорит.

– Э-а?.. – отрывисто не врубился Дима.

– Я подралась с Еленой, – сказала я. – Она пыталась выгнать меня из гостиницы…

– Чег-о-о-о? – не поверил Дима. – Ночью?.. Так, стоп. Все с начала…

– Она тебе не звонила?

– Нет.

И я объяснила ему. Сначала. Про «Кинг-Клаб», нашу ссору, угрозы Тичера. Добавила от себя, что Елена спятила, а я невинна, как агнец. И, конечно, не заслужила всего, что со мною происходит.

– Ты мне звонишь только из-за этого? – еще точнее уточнил Дима.

– Ну, да! – возопила я. – Ты что, не понимаешь? Я не хочу домой!

Мужчины – странные существа. Они говорят, что мы что-то там накручиваем, но стоит нам не накручивать, они все это делают сами! Дима затушил сигарету и заговорил иначе. Как босс.

– То есть, ты не ругаешься с девочками, не дерзишь Елене… Она просто так, на ровном месте, захотела тебе влепить?

– Меня подставили! – я смутилась, крутя на палец гладкий спиральный шнур трубки. – Спроси у девочек с которыми мы работали в Сараксане!

– Я говорил с Чжоном и он подтвердил мне…

– Ой! – перебила я. – Да все он пиздит… В смысле, врет! Ну, не то, что врет, он просто все на так понял.

– Уточни.

– Ну… Это… Он случайно попал на плохой период!..

– Который весь месяц длился?

– Ой, все! – оскорбилась я. – Все ясно. Ты просто ненавидишь меня и все!..

– Я не ненавижу тебя! – буркнул Кан, но как-то не очень уверенно и просипел, смущенно. – Я тебя почти любил…

– Да, в детстве, помню! Слушай, плевать мне кого ты любишь! Я тебе не по любви звоню, а как боссу. Сделай что-нибудь с этой дурой. Она меня ненавидит из-за отца… Когда не ненавидит из-за тебя.

– Она что?.. – он невнятно выругался. Пробормотал: – С какой стати?.. она что, знает?