Я замечаю Даниэлу и Артура. Они сидят в обнимку и целуются, и, как я и предполагала, Фрэнк сидит слева от них в телефоне, и его совершенно не смущает парочка справа от него, которой, видимо, очень хочется уединиться в комнате сестры.

Подобные мысли пришли на ум не только мне: как только Элиот входит следом за мной, то громко кашляет, чем привлекает к себе всеобщее внимание.

– Если хотите уединиться, то, пожалуйста, свалите отсюда, мы собирались смотреть фильм немного другого жанра, – он смеется, и через секунду в него прилетает подушка, которую запустил Артур, но парень ловко ловит ее и, засунув себе под мышку, направляется в кресло напротив меня, а ребята вернулись к тому, на чем остановились.

Где-то на половине фильма меня жутко начало клонить в сон. Я повернула голову вправо, чтобы посмотреть, может, я не одна такая. Но даже наша влюбленная парочка перестала целоваться, и теперь оба внимательно следили за действиями на экране. Фрэнк уже спал в обнимку с телефоном, будто это самое ценное, что у него есть в жизни. Хотя мне иногда кажется, что это так. В кресле напротив Элиот тоже сидел и внимательно смотрел фильм, поэтому я решила, что еще немного потерплю.

Но не прошло и десяти минут, как я поняла, что больше не могу сопротивляться, и решила закрыть ненадолго глаза, а потом все-таки уйти к себе и утром проснуться в теплой кроватке, а не с болью в спине и шее от неудобной позы. Но, к сожалению, моим планам не суждено было сбыться.

Глава 3

Просыпаюсь оттого, что чувствую, как на мою щеку что-то капнуло. Медленно открываю глаза и пытаюсь облокотиться на руки, чтобы подняться, но вместо теплой кровати ощущаю холодную и мокрую землю. Глаза резко распахиваются, и я молниеносно поднимаюсь на ноги, до сих пор немного не понимая, что происходит.

Теперь начинаю дрожать не то от холода, не то от дикого страха, который окутал все мое тело и разум в тот момент, когда я поняла, где именно нахожусь.

Я стою посередине леса только в одних только тапочках и толстовке, которая несильно-то и спасает от пронизывающего зимнего ветра. Вокруг ни души, только звуки веток, качающихся от сильного ветра.

– Что… Что происходит? – говорю шепотом, будто боюсь, что меня может кто-то услышать. Хотя чего беспокоиться, ведь я всего-навсего стою зимой без теплой одежды в гребанном лесу! С кем не бывает, да?!

Я напугана, мне холодно, и я ни черта не понимаю. Но потом откуда-то слева доноситься громкий крик, который похож скорее на визг. Сразу узнаю его обладателя, так как слышу его уже на протяжении двадцати одного года своей жизни. Это Даниэла.

Тут же срываюсь с места и бегу на звук. Ее крик был слышен довольно четко, значит, она находится где-то рядом. И я оказываюсь права. Она находиться посередине небольшой поляны, похожей на ту, где проснулась я. Сестра сидит на корточках, закрывая лицо руками, и громко плачет. Я, аккуратно стараясь не напугать, подхожу к ней.

– Даниэла… – довольно тихо, но достаточно для того, чтобы она меня услышала, произношу ее имя и дотрагиваюсь рукой до плеча. Она тут же вскрикивает и, упав на спину, в ужасе начинает пятится назад. – Даниэла, – как можно более спокойным голосом повторяю я, – это я, Инга, твоя сестра.

Еще пару секунд сестра смотрит вокруг затуманенным взглядом, но затем, словно туман в ее глазах рассеялся, она узнает меня и тут же подрывается на ноги и кидается на мою шею, начиная плакать с новой силой. Я пребывала в небольшом шоке оттого, что она сама меня обняла, потому что последний раз мы обнимались лет пять или шесть назад перед фотоаппаратом, и только потому, что нас заставила мама. Я не то чтобы не хочу обниматься, просто не привыкла к подобному проявлению нежности с ее стороны. Неуверенно, но я поднимаю руки и обнимаю сестру в ответ и глажу по голове, говоря, что все хорошо, я рядом и теперь она в безопасности. Я стараюсь звучать как можно уверенней, но проблема в том, что я сама до ужаса напугана и не уверена, что все будет хорошо.

Мы стоим так еще несколько минут, и я чувствую, что сестра начинает успокаиваться. Только хочу спросить, лучше ли ей, как справа от нас мы слышим шаги. Кто-то идет сюда. Я тут же прячу сестру за собой и, осмотрев местность вокруг себя, не нахожу ничего, что бы могло послужить оружием, кроме палки, которую я быстро подбираю с земли, уже готовая накинуться на того, кто выйдет из-за деревьев. Но когда я вижу знакомое лицо, то сразу же громко выдыхаю и бегу ему навстречу.

Это Элиот.

Боже мой, я еще никогда не была так рада видеть друга. Он так же крепко меня обнимает, а потом быстро осматривает меня, а заодно и Даниэлу.

– Вы в порядке? Не ранены? – в его голосе я слышу волнение, а в глазах вижу тот же ужас и страх, что, я уверена сейчас, можно увидеть у всех нас.

Я киваю головой, говоря ему, что мы в порядке. Он выдыхает и закрывает лицо руками.

– Да что за черт здесь происходит? – он точно так же боится, как и мы.