Читаем Сегмент Лунны полностью

Раньше я часто раздражался, когда что-то шло не по плану. Сейчас я отношусь к этому со спокойствием, а быть может, и как к должному.

Когда я вернулся на свой космический корабль после потери сознания от ДНК-телепортации, меня сразу поприветствовал мой бортовой системный робот-помощник Оз.

– С возвращением. Система подачи реактивного топлива в полном порядке. Защитное снаряжение и боекомплект не были применены. Температура воздуха и кислород способны поддерживать жизнедеятельность человеческого вида. Ваши указания?

Я находился в бронированной стеклянной кабине, по обеим сторонам которой висели толстые трубы, уходящие в стену корабля. Сама по себе эта кабина была просторной, а в том месте, где я стоял, всю заднюю часть тела плотно облегал волокнистый материал, казалось, будто тебя прижимает к стене. Руки были прижаты к подлокотникам, а под ладонями был сенсор для ручного управления системой шлюза с одной стороны и мини-арсенал для непредвиденных обстоятельств с другой. Рядом с головой была неглубокая прозрачная емкость с питьевой водой с исходящей из нее трубкой. Открыв глаза, я почувствовал сильную жажду. В тот же момент трубка автоматически потянулась к моим губам, после чего я смог выпить воду большими глотками.

– Отключить систему телепортации, – утолив жажду, сказал я.

Дверца с тихим шипением медленно открылась. Волокнистый материал, что прижимал меня к стене, подался назад, и я сразу же почувствовал легкость своего тела.

Выйдя из кабины, я оказался в отсеке управления своего корабля, из которого хорошо был виден холодный синий закат Марса. В центре отсека под штурвалом была встроена панель с множеством голографических сенсоров. Перед ней располагалось большое массивное кресло командира экипажа, за ним также располагались кресла поменьше, перед которыми стояли сенсоры. На этом корабле был только я и мой робот-помощник, который сам отлично справлялся с задачами, которые были бы возложены на каждого члена экипажа: от обычного пилота-инженера до медицинского персонала. Оз представлял собой искусственный интеллект, который мог самостоятельно взаимодействовать с приборами различной сложности, создавать условия, пригодные для жизнедеятельности существ разного вида на борту корабля, анализировать ситуации, прогнозировать и многое другое. Кроме того, Оз умел чувствовать и выражать свои эмоции.

В руке я держал пучок волос, который выдернул для проведения анализа и сбора данных. Подойдя к одному из сенсоров, я положил выдернутые волосы того незнакомца на горизонтальный сканер.

– Анализировать ДНК и отследить координаты нахождения, – приказал я Озу.

– Это займет время. Забыл вам сообщить главное, пока вас не было, пришло сообщение от Эйдис, воспроизвожу, – ответил Оз.

На главной панели приборов один из сенсоров выдал голограмму человека до плеч. Лицо полностью закрывал шлем с темным Т-образным стеклом, напоминающий барбют². Ниже шлема выглядывал высокий воротник, создающий воинственный вид. Затем раздался женский голос:

– Кен, прошу отвлечься от текущих дел. Сообщаю информацию о внеплановом собрании Совета Овра. Я активировала вашу систему телепортации в Цитадель. Эйдис.

Как не вовремя. Нужно скорее управиться с этими делами и заняться более важными. Тот человек с Земли помешал моим раскопкам и создал новые неприятности. Я облажался и был замечен там. Нужно узнать, как это повлияет на него и к чему это приведет. Что ж, у меня есть время, пока проводится анализ ДНК. Нужно быстрее вернуться к этому делу, ведь чем скорее я управлюсь со всем, тем меньше возникнет сценариев жизни того человека. Интересно, зачем созывать внеплановый Совет? Эйдис так и не меняется в своей хладнокровной манере общения. Нужно спешить.

– Оз, активировать систему телепортации, координаты – Цитадель, – сказал я.

– Уже уходите? Но… но как же сбор данных? Не могу уже дождать…ся. – Раздались помехи. – Прошу прощения, вы же знаете, что вход в пещеры скал доступен только при закате, когда буру³ идут на охоту.

– Прекрасно знаю, у нас полно времени на Марсе.

Быстрыми шагами я дошел до кабины телепортации. Войдя внутрь, я услышал, как волокнистый материал с хлопком подался вперед. Я прижался к нему спиной и снова почувствовал, как он меня с силой притягивает к стене. Я начал терять сознание.

Очнуться меня заставила яркая вспышка в моем сознании. Открыв глаза, я оказался в камере, залитой ярким светом, отблеск которого отражался от стен и потолка, ослепляя меня. Я снова почувствовал жажду. В то же мгновение трубка придвинулась к моим губам. Теперь я оказался в капсуле, дверцы которой открылись. Волокнистый материал ослабел. Зажмурившись, я с трудом вышел из капсулы.