Читаем Седая девушка полностью

Делаем пельмени, встречаем Новый год!

Все.

Старые и малые,Малые и старые,Садись в кружок,Встретим Новый год!Радостно, радостноВстретим Новый год!

Тетушка Ван.

Вьюга большая мела десять дней…

Все.

Все же мы вместе, и нет нас дружней!

Дядюшка Чжао(словно неожиданно вспомнив). Да-чунь, Си-эр! Вот сегодня мы едим новогодние пельмени… и мне вспомнилось… Послушайте, дядя Чжао вам расскажет, как он однажды поел пельменей. Это было в девятнадцатый год республики, тринадцатого мая, в тот день, когда Гуань лао-е[16] точит свой меч… Шел мелкий дождь. С юга, с гор, пришел отряд. Это была Красная армия…

Тетушка Ван. Дядя Чжао, да ты уже рассказывал об этом.

Си-эр. Тетя, дай дяде Чжао досказать… Очень хочется послушать.

Дядюшка Чжао. Так вот! Все они были в красном… подпоясанные красными кушаками… Все они — рыцари с красными лицами[17]: это и была Красная армия. Случилось, что я был в деревне Чжаоцзячжуан, когда туда пришла Красная армия. Первым делом она поделила землю помещиков и раздала крестьянам зерно. И тринадцатого мая все бедные люди стряпали пельмени. Помню, к кому бы я ни пришел, все меня угощали пельменями.

Да-чунь. А где же теперь Красная армия?

Дядюшка Чжао. Она пошла к городу и взяла его. А потом снова ушла в горы. И тогда опять тяжело стало бедным людям жить на свете…

Да-чунь. Как ты думаешь, дядя, вернется к нам Красная армия?

Дядюшка Чжао. Я думаю, вернется. Обязательно вернется!

Си-эр. А когда же?

Дядюшка Чжао. Девяносто девять прошло, еще один и будет сто. Она вернется в день, когда Гуань лао-е снова будет точить свой меч. Она обязательно вернется!

Си-эр. Папа, почему ты ничего не ешь?

Ян Бай-лао.(Берет чашку, с трудом проглатывает пельмени. Ему тяжело. Пауза.) Си-эр! Как, по-твоему, тетушка Ван добрая?

Си-эр. Очень добрая.

Ян Бай-лао. Тетушка Ван! А как ты думаешь, Си-эр хорошая девушка?

Тетушка Ван. Конечно, хорошая.

Ян Бай-лао. Си-эр! Я хочу спросить тебя: а отец твой хороший?

Си-эр. Что с тобой, папа? Конечно, хороший.

Ян Бай-лао. Ты хорошая… и ты хорошая… а отец твой нехороший.

Тетушка Ван. Почему ты так говоришь?

Дядюшка Чжао(вмешивается). Мы только что выпили по две чашки вина. Немного опьянели… Да что там говорить… Вы все хорошие. (Обращаясь к Си-эр и Да-чуню.) Си-эр! Да-чунь!.. Вам осталось недолго ждать… Теперь уже скоро…


Си-эр смущенно отворачивается от него. Ян Бай-лао не может спокойно усидеть на месте. Он отходит в угол комнаты и дрожащей рукой вытаскивает бумагу.


Тетушка Ван. Дядя Ян, что ты там вытаскиваешь из-за пазухи?

Ян Бай-лао(испуганно). Да вот, я ищу… ищу… (Прячет бумагу.) Подкладка порвалась… В карманах пусто. Хотел детям монетку подарить на Новый год[18], да ничего не вышло.

Тетушка Ван. Неважно. Поели пельменей. И то хорошо. А теперь давайте соберем посуду. (Все начинают убирать посуду.) Ты, дядя, сегодня весь день ходил, наверное, устал. Отдохни немного.

Ян Бай-лао(машинально). Да… да… мне надо отдохнуть…

Тетушка Ван. А о семейных делах поговорим завтра. Утром Да-чунь придет поздравить тебя с Новым годом.

Дядюшка Чжао. Ну, я пойду. Ты, Си-эр, хорошенько позаботься об отце. (К Ян Бай-лао.) Спокойной ночи, старина! Завтра мы придем к тебе с новогодними поздравлениями.

Ян Бай-лао. Ну, счастливо, почтенный Чжао.


Дядюшка Чжао уходит.


Да-чунь. Мы тоже пойдем, дядя.

Ян Бай-лао. Ты, Да-чунь, хорошенько заботься о своей матери в новом году.

Си-эр. Вы уходите, тетя?

Тетушка Ван. Да, нам пора.


Тетушка Ван и Да-чунь уходят. Си-эр идет к двери.


Да-Чунь(у двери, обращается к Си-эр). Дядя Ян устал, пусть он пораньше ляжет спать.

Си-эр. Хорошо. (Закрывает дверь.)


Ян Бай-лао и Си-эр одни.


Ян Бай-лао. Тебе пора спать, Си-эр.

Си-эр. И ты отдохни, папа.

Ян Бай-лао. Твой папа будет встречать Новый год.

Си-эр. Тогда и я буду с ним встречать Новый год.

Ян Бай-лао. Подбросим-ка еще дров, пускай огонь разгорится сильнее.


Си-эр разжигает огонь. Оба греются у очага.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература