– Полная подмена сознания применяется только в крайних случаях, – стала отвечать Лолия на мой немой вопрос. – Зачем полностью менять человека, вычёркивая из его жизни всё, что было раньше, если возможно он сам справится со своими проблемами. К тому же после подобной операции нам ещё необходимо обеспечить человеку соответствующие его новой жизни условия. Если менять сознание всем преступникам, то придётся вместо тюрем создавать целые города, в которых будут жить обновлённые люди. Это слишком дорого и главное, это привлечёт внимание к считыванию. Намного проще предотвращать с помощью считывания преступления и только в крайних случаях использовать подмену сознания.

– Но почему в этот раз именно ты будешь проводить запись? – удивлённо спросил я.

– Потому что у меня есть уже подобный опыт, – ответила Лолия. – Проводить запись в таком большом объёме непросто. Сначала я должна во всех мелких деталях выучить новую биографию записываемого. Это как раз и есть та толстая папка, которую я читала. Там всё: фамилии, имена, даты, события и даже фотографии, для лучшего формирования записываемых зрительных образов. Мне нужно досконально запомнить все эти данные, потому что любые неточности при записи могут привести к очередным дисбалансам в психике записываемого. Для проведения записи в больших объёмах нужна хорошая память и серьёзная подготовка. Я уже несколько раз проводила такую подмену сознания, поэтому меня выбрали для проведения операции и в этот раз.

Моему удивлению не было предела. Получалось, что моя жена не только профессиональный считыватель, но ещё и высококлассный специалист по записи. Мне открывались всё новые и новые факты о Лолии, казалось, этому не будет конца…

– А как же будет происходить… запись? – спросил я.

Лолия посмотрела на меня и неторопливо начала свои объяснения.

– Преступника посадят напротив меня, руки и ноги его будут надёжно привязаны к креслу, чтобы он не смог нарушить процесс. Его веки тоже будут зафиксированы, чтобы он не смог закрывать глаза. Для того чтобы полностью очистить его сознание мне потребуется около минуты. Затем пойдёт запись. Вся его новая биография шаг за шагом будет передаваться мною человеку в виде зрительных образов, слов и звуков и записываться прямо в мозг. На это может потребоваться десяток минут. Но, это ещё быстро. У других бы получилось намного дольше, а у меня установлен считыватель нового поколения с повышенными скоростями чтения и записи. Я устанавливала его всего пару лет назад, – сказала Лолия с некоторой гордостью в голосе.

– Но ты же говорила, что ещё в институте узнала о считывании и тогда же установила его себе, – прервал я Лолию.

– Несколько лет назад я заменила его на новый, более совершенный. Старых скоростей мне было недостаточно для работы, – сухо сказала Лолия.

– Новый??? – воскликнул я. – Значит, ты дважды проходила через операцию установки считывателя?

– Да. Это было ещё до знакомства с тобой. Как и любой другой прибор, считыватель постоянно дорабатывается, появляются всё более новые совершенные модели. В один прекрасный миг я поняла, что мой считыватель слишком стар. Он стал тормозить мою работу и другие считывающие, прошедшие операции установки позднее, благодаря своим новейшим моделям считывателей имели передо мной преимущество, несмотря на свой небольшой опыт работы. Я одной из первых решилась на операцию по переустановке считывателя.

– Но ты же говорила, что операция по установке довольно сложна и болезненна? – продолжал удивляться я.

– Меня это не остановило, – с грустью в голосе произнесла Лолия.

Я понял, что даже не догадывался о том, насколько велико в Лолии желание знать, что творится в чужих головах. Дважды!.. Она устанавливала себе считыватель дважды, несмотря на всю опасность операции и, невзирая на дальнейшие негативные последствия, катастрофически подрывающие её здоровье. И всё это только ради того, чтобы иметь возможность лучше и быстрее прочих менять сознание окружающих её людей. Мне стало страшно…

Глава 6. Смятение

Хотя Лолия утверждала, что пользуется записью только в крайних случаях, я всё же стал замечать, что это не так. Те моменты, на которые раньше я не обратил бы внимания, теперь для меня были явным доказательством того, что Лолия использует запись в своих личных целях.