— Именно так. Но откуда берется источник этой внутренней силы для воплощения и кто им распоряжается? Все великое всегда начинается изнутри.

Разговор принимал неожиданный и странный оборот. Люси пыталась уловить смысл сказанного.

— Какое отношение все это имеет к распоряжению Алекса, которое вы решили выполнить? — осторожно переспросила она хмурого адвоката.

— Не знаю точно, — произнес он устало, — думаю, он созрел для каких-то серьезных изменений в своей жизни…

Перед Люси сидел крепкий мужчина с острым взглядом, у которого, казалось, отсутствует связь с возрастом. Внешний вид его недвусмысленно заявлял, что он хорошо осведомлен о последних модных коллекциях и тенденциях. Он заботился не только об общей внешности, но и о деталях: аксессуары были тщательно подобраны к образу.

«А ведь ему должно быть лет 80», — думала Люси. Она чувствовала силу его внутренних эмоций. Не обращая внимание на высказанное условие, он быстро и толково описал состояние финансовых дел Алекса, которые, как Люси уже поняла, ей предстояло взять на себя на неопределенное время.

Когда наконец Франческо Скопези перевернул последнюю страницу и отодвинул от себя папку с бумагами, Люси глухо произнесла:

— Знаете, сейчас я бы выпила кофе. И может быть, что-нибудь покрепче. Угостите меня?

Он поднял одну бровь:

— Ну что же, пойдемте.

В зале-гостиной за столом к ним присоединилась Марта. Она внимательно слушала разговор, но не принимала в нем участие. Люси все-таки решилась задать вопрос, который возник сразу, как только адвокат сообщил о причине их встречи:

— Синьор Скопези, вы ведь сказали, что хорошо знали Алекса… как он жил, его семью. Вам не кажется странным, что он не оставил все это своему сыну?

— Вы же тоже его хорошо знали, не так ли? Вы были рядом все эти годы. Думаю, такие финансовые обязанности еще больше усложнили бы их и без того непростые отношения.

И уже прощаясь у ворот, куда он проводил Люси, адвокат неожиданно произнес:

— Вам следует знать еще вот что: Марта — родная сестра Алекса.

SCHERZO 17

17/// мягкий гипноз резонанса образного кода слов разрывает зависимость от заботы других

Музыка: Kovacs/Mata Hari

Ужин получился скомканным. Люси проглатывала горячие куски пиццы, не чувствуя при этом ни вкуса, ни аромата. Она сбивчиво рассказала Сержио о своей встрече с адвокатом.

— Сестра? — удивился Сержио. — Но мне он говорил, что его сестра давно умерла, буквально через год после отца. Он тогда был совершенно раздавлен. С этого начались его бесконечные неприятности…

— Да, мне он это тоже говорил…

— Я не понимаю. Почему ты ни о чем не спросила эту Марту? Откуда она взялась, не понимаю…

— Зачем? Она все время была рядом и не задала мне ни одного вопроса. Признаться, я не знаю… что обо всем этом думать. К тому же у меня сейчас много обязательств, связанных с выставкой, с изданием книги: ее сейчас переводят на два языка. Запланирована встреча в Берлине по поводу возможной экранизации. Просто мозг взрывается…

— В Берлине? Это даже звучит странно.

— Ну просто так удобно. Подходящий пересадочный пункт и место для встреч, когда люди летят из разных точек мира… Я, вообще-то, хотела вернуться домой, но теперь… Мне нужно прежде разобраться со всем. Помоги мне, я хочу разыскать его сына.

— Я, как и ты, знаю только, что он живет где-то в Америке. Учиться улетел, кажется. Но ты могла бы спросить у адвоката, или у этой загадочной Марты — они точно должны знать.

— Нет, Сержио. Не могу. Я пока не понимаю почему. Но нет. Нужно самой его найти. Наверняка он есть в социальных сетях. Ты знаешь какого-нибудь толкового парня?

Сержио, взял телефон:

— Я позвоню Марио, его сын Якопо — компьютерный гений.

С Якопо они встретились спустя час, в центре Рима, недалеко от Триумфальной Арки, в маленьком коворкинге, похожем на обычное кафе. К счастью, в это время уже было тихо, слышалась только тихая музыка. Те, кто приходил сюда для работы, уже разошлись.

Якопо сидел, развалившись на стуле, и листал книгу, возможно, одну из тех, что стояли на полке у него за спиной. Перед ним стояла большая кружка кофе и тарелка с печеньем. Он был в наушниках и массивных роговых очках, которые придавали ему значительный вид. Квадратная форма лица, высокий лоб, короткая хипстерская стрижка. Руки в татуировках притягивали взгляд, они придавали ему вид крутого и самоуверенного парня. Эти тату на всю длину рук были изображением единой сюжетной мифологической картины. В нем чувствовался напор и сила зрелого мужчины, хотя недавно, как уже знала Люси, ему исполнилось только семнадцать. Он поднял глаза, поймал взгляд Люси, загнул край страницы, закрыл книгу и убрал ее в рюкзак.

— Что ты читаешь? — не удержалась от вопроса Люси.

— «Золотая игра». Кассовски. Знаете?

Люси кивнула. Это было неожиданно — редкая книга, в которой воспроизведены целые серии алхимических трактатов с коллекцией гравюр и символов.