Читаем Счастливый день полностью

Мурсал. Я знаю, какую боль я причиняю вам, но мне поручили сказать, и я пришёл...

Дуньямалы. Пришёл — и принёс страшную весть. (Он словно постарел за эти минуты. Опустив голову и тяжело переступая, медленно уходит.)

Нури(укоризненно). И вам не жалко дедушку? Не жалко?

Мурсал(мягко). Ты ещё ничего не понимаешь, дорогой. Ради счастья твоего и таких, как ты, люди творят чудеса. Твоё будущее — светло... (Отстраняет Нури, нахмурился.) Чёрт возьми, но старик всю жизнь, всю душу свою вложил в эти виноградники, с ним действительно может случиться удар. (Уходит.)

Нури(проводив его взглядом). Ох, и путаный же дядька. Всё у него наоборот: меня в консерваторию посылает, в совхозе нефть находит... (Подходит к своей модели, возится с ней и поёт.)

Вбегает Гюльтекин.

Гюльтекин. Отец здесь?

Нури. Ты разве видишь его здесь?

Гюльтекин. Нет. Я вижу здесь только грубого и невоспитанного мальчишку, который дерзко отвечает своей тётке.

Нури. А зачем тётка обманывает своего племянника и посылает сегодня искать того почтальона, который приходил вчера?

Гюльтекин. Замолчи, пожалуйста. Ты ещё и болтун к тому же. Сюда никто не приходил?

Нури. Приходил.

Гюльтекин. Кто?

Нури. Тот самый. Твой инженер.

Гюльтекин(сразу меняя тон). Нури, миленький! Ты очень хороший мальчик, и я тебя очень люблю. Скажи, Нури, он разговаривал о отцом?

Нури. Разговаривал.

Гюльтекин(лаская его). И ты слышал, о чём они говорили?

Нури. Что я глухой, что ли? Конечно, слышал.

Гюльтекин. Скажи, скажи, миленький, что он сказал отцу?

Нури. Ты лучше спроси, что твой инженер сказал мне.

Гюльтекин. Ну, ну, говори!

Нури. Он мне сказал, что дедушку хватит удар.

Гюльтекин. Ой! Удар!

Нури. Да.

Гюльтекин. Значит, Мурсал ему всё сказал. Сказал!

Нури. Конечно, сказал.

Гюльтекин. Нури, миленький, не мучай меня. Скажи, что именно он сказал отцу?

Нури(обдумывая). Дедушке?

Гюльтекин. Да, да. Про меня.

Нури. Он про тебя ничего не сказал.

Гюльтекин. Не верю.

Нури. Это дедушка сказал ему про тебя: что подходит, говорит, Гюльтекин, то совсем не годится для меня.

Гюльтекин. Ой!.. А он? Что он ответил?

Нури. А он сказал, что разрушит весь совхоз.

Гюльтекин. Ты с ума сошёл. Мальчишка! Болтун!

Медленно входит Дуньямалы-Киши.

Дуньямалы(тихим, хриплым голосом). Не кричи на него, Гюльтекин, он говорит правду. Здесь обнаружена нефть, под виноградниками.

Гюльтекин. Нефть?

Дуньямалы. Да.

Гюльтекин. Как странно... Он мне ничего об этом не говорил. Если бы это было, я знала бы первая!

Дуньямалы. Я видел, как ему было тяжело сообщать мне об этом.

Гюльтекин. Так вот, значит, отчего у него были такие грустные глаза и почему он так странно разговаривал со мною.

Дуньямалы. Может быть.

Гюльтекин. Но это невозможно! Отец! Наш совхоз нужен! У нас есть тысячи писем от советских людей с благодарностью, с пожеланиями нам успеха в нашей работе. Нас знают от Хабаровска до Ленкорани!

Дуньямалы. От Хабаровска до Ленкорани все понимают, что нефть важнее. Да, дочка, и это так. Нефть — источник движения на земле. А нам надо идти, быстро и упорно двигаться вперёд. В тех районах, где найдена нефть, она несёт столько богатства людям! Вон, смотри, вышки на холмах. Не успеешь оглянуться, как вокруг них вырастут и жилища и дворцы, протянутся дороги, придут люди и с ними машины, засияют огни, тысячи огней! Что такое один виноградный совхоз в сравнении с таким богатством?

Гюльтекин. Но этот совхоз — тоже результат труда и усилий многих людей. Он тоже, сам по себе, — огромная ценность, огромное богатство!

Дуньямалы. Разве Мурсал этого не знает? Знает. Он сам ищет способ, как спасти совхоз. Если это вообще возможно. (Помолчав.) Но весь мир не может уместиться в одной голове, надо всем думать. Я подумаю, ты подумаешь...

Нури. И я, дедушка. Можно?

Гюльтекин. Уйди, не мешай.

Дуньямалы(не обращая на Нури внимания). Мурсал подумает... Кто его знает?.. У него голова светлая, он далеко вперёд смотрит.

Нури(обиженно). Ну, и не надо. Пойду на пасеку к Кафару. Он не прогоняет меня, он наоборот, любит когда я ему помогаю.