Читаем Счастье Феридэ полностью

— С каждой минутой море мрачнело все больше и больше. Я предложил Кямрану вернуться в каюту, но он отказался. Вдруг где-то впереди из тумана донесся заунывный звон, и я увидел, как рулевой резко повернул штурвал. Колокол звучал теперь не впереди, а сбоку. Слышен был хриплый гудок нашего парохода. Прошло еще несколько минут, и уже совсем близко раздался гудок невидимого судна. На нашем корабле ему ответили ударами гонга. Колеса парохода, на котором мы плыли, остановились, их пульсирующие удары по воде замерли, а затем опять возобновились. Я вопросительно посмотрел на Кямрана. «Какое-нибудь суденышко заблудилось, предположил он. — Хорошо хоть не наскочили». Однако дальнейшие события развернулись с неимоверной быстротой. Неожиданно туман раздался в стороны, как разрезанный ножом, и перед нами возник нос парохода. Я разглядел рулевую рубку и белобородого старика, высунувшегося из нее. Он был одет в синюю форму, очень ловко сидевшую на нем, и, я помню, меня поразило, с каким хладнокровием он держался. Его спокойствие мне показалось страшным. Он подчинился судьбе, шел ей навстречу и с полным самообладанием ждал удара. Холодно и как бы задумчиво смотрел он на нас, словно прикидывая, где должно произойти столкновение, и не обратил никакого внимания на яростный крик нашего рулевого… «Сейчас женщины поднимут визг!» — прокричал кто-то рядом. Я взглянул на Кямрана — на его лице не было страха. Он хотел мне о чем-то сказать, но столкновение произошло раньше. Должно быть, встречный пароход ударил нас в середину борта, но я этого не видел. Наш пароход сильно накренился, и послышался треск ломающейся обшивки. Я упал плашмя на мокрую палубу и не успел еще подняться на ноги, как услышал крик женщин. Это был неописуемый душераздирающий вопль, и тут меня объял ужас. Однако не растерялся Кямран. «Спасательные пояса!» — крикнул он, помогая мне подняться. Я вспомнил, что спасательные пояса хранятся в салоне. Мы бросились туда, но у дверей столкнулись с толпой обезумевших пассажиров, которая отбросила нас назад. Не помню, что затем произошло, — в памяти моей сохранилось только воспоминание о том, как я стаскивал спасительные пояса с полок и передавал их Кямрану, а он надевал пояса на бившихся в истерике женщин. Это я помню отчетливо, и вся картина стоит у меня перед глазами. Как сейчас я вижу зазубренные края пробоины в стене салона и вползающий в это отверстие клубящийся серый туман…

— Ах, — всплеснула руками Неджмие. — Что же было дальше?

Хуршид даже не обратил на нее внимания.

— Это было ужасно. Мне вдруг стало плохо, и я, на несколько минут оставив Кямрана, выбежал, на палубу и опустился на скамью. Смутно видел я метавшихся людей, слышал их крики — кто-то пытался спустить шлюпки… Но все было неисправно. Одну шлюпку спустили, забыв вставить пробки; когда женщины и дети сели в нее, она наполнилась водой и перевернулась. Другую шлюпку удалось спустить только одним концом: другим она повисла на талях, и ее бросили. А парохода, который был причиной бедствия, и след простыл, но кругом говорили, что он, несомненно, вышлет спасательные шлюпки…

Кямран отыскал меня, и мы спустились на нижнюю палубу. Пароход быстро погружался, вода подступала к краю борта. Многие пассажиры стали прыгать за борт. Другие, уже барахтаясь в воде, кричали, чтобы их подняли обратно на палубу. Никто не слушал их. Все покрывал общий крик: «Тонем!» Я понимал, что еще несколько минут, и корабль пойдет ко дну. Попросив Кямрана, чтобы он оставался на месте, я бросился в салон. Мне удалось там отыскать только один спасательный пояс. С ним я выбежал на палубу. «Прыгаем в воду!» — крикнул я, подойдя к краю борта. Однако Кямран оставался на месте. Подбежав, я схватил его за рукав и потянул. «Я не умею плавать», — виновато признался он. Мне не оставалось ничего другого, как отдать ему свой пояс и столкнуть в воду. Убедившись, что с Кямраном все в порядке, я спрыгнул вниз. Вода была нестерпимо холодная. Когда я погрузился в нее, меня обожгло, как огнем. Холод пронжал до костей… От неожиданности и, признаюсь искренне, страха я захлебнулся и успел наглотаться воды прежде, чем вынырнул на поверхность. К моему счастью, рядом оказался какой-то деревянный брус, и я ухватился за него. Немного придя в себя, первым делом я подумал о Кямране. Несмотря на достаточно большое волнение моря, взглядом мне удалось отыскать его. Он то скрывался за волной, то появлялся на ее гребне у самого борта уходящего под воду корабля. Пароход накренился и как раз в его сторону. «Уплывай оттуда! Там опасно!» — прокричал я, но, видя, что мой друг не слышит, сам погреб к нему. Неожиданная волна ударила мне в лицо и отбросила назад. В это время пароход окончательно завалился на бок, накрыв собой одну из шлюпок и плавающих около людей. В том числе и Кямрана…

Рассказчик остановился. Взгляд его был горестным.

— Вы не могли ошибиться? — спросила до этого слушавшая молча Феридэ. — Вы видели его смерть?