Читаем Сбытчик полностью

— Двадцать четвертого марта? Это означает, что всего лишь около месяца назад?

— Правильно.

— А были у нее какие-нибудь причины, чтобы составить завещание именно в это время?

— Об этом мне ничего не известно.

— Я спрашиваю о том, не было ли у нее проблем со здоровьем или еще чего-нибудь?

— Выглядела она вполне здоровой.

— А не была ли она напугана чем-нибудь? Не показалось ли вам, что она предчувствует какую-то беду или угрозу жизни?

— Нет, ничего такого я не заметил. Она нервничала, это было заметно, но при этом отнюдь не выглядела напуганной.

— А почему она нервничала?

— Этого я не знаю.

— Вы у нее не спрашивали о причине волнения?

— Нет, не спрашивал. Она пришла ко мне за тем, чтобы составить завещание, и я помог ей составить его и оформить должным образом.

— А приходилось вам до этого оказывать ей какие-либо услуги юридического порядка, перед тем, как составить это завещание?

— Да. У Тинки был дом в графстве Мейвис и я занимался оформлением бумаг, когда она решила продать его.

— И когда это было?

— В прошлом октябре.

— Какую сумму получила она от продажи этого дома?

— Сорок две тысячи пятьсот долларов.

— Дом был заложен?

— Да. Пятнадцать тысяч было внесено на уплату ссуды. Остальное же пошло Тинке.

— Двадцать… — Мейер помолчал, производя подсчет в уме. — Это двадцать семь с половиной тысяч. Они должны были остаться у Тинки на руках. Я правильно говорю?

— Да, верно.

— Они были получены наличными?

— Да.

— Так куда же они делись, мистер Сэдлер?

— Именно этот вопрос я задал ей, когда мы составляли завещание. Меня они интересовали и с точки зрения налогов, и в связи с завещанием — вопрос о том, кому достанутся в наследство деньги, вырученные от продажи дома, мог оказаться спорным. Однако она сказала мне, что истратила их на личные расходы.

Сэдлер помолчал.

— Мистер Мейер, я занимаюсь здесь всего дважды в неделю и, поверьте, мне очень трудно бывает выкроить время для занятий спортом. Я надеялся…

— Я постараюсь не очень задерживать вас, но еще одну минуточку. Просто я не могу даже вообразить, что же могла Тинка сделать со всеми этими весьма солидными суммами, которые попадали ей в руки. Если верить вашим словам, то она была буквально без цента в момент своей смерти.

— Видите ли, я могу сообщить вам только то, что она сама говорила мне о своем финансовом положении. И состав ее имущества я внес в завещание с ее слов.

— А мог бы я ознакомиться с текстом ее завещания?

— Разумеется. Но оно находится у меня в сейфе, в помещении конторы, а я туда не намерен возвращаться сегодня. Если вы сможете зайти ко мне завтра…

— Я надеялся, что смогу ознакомиться с ним до того…

— Заверяю вас, что я честно изложил вам содержание завещания. Как я уже объяснял вам, я был у нее всего лишь консультирующим юристом, а никак не советником по размещению капиталов.

— А был у нее такой советник?

— Этого я не знаю.

— Мистер Сэдлер, а вы вели дело о ее разводе?

— Нет. Она впервые обратилась ко мне за помощью, когда занялась продажей дома. До этого я вообще не был знаком с ней и поэтому не знаю, кто консультировал ее по делу о разводе.

— И последний вопрос, — сказал Мейер. — Упомянут ли в завещании в качестве наследника кто-нибудь еще помимо Денниса и Энни Закс?

— Нет, они названы в нем в качестве единственных наследников, — сказал Сэдлер. — И притом Энни становится наследницей только в том случае, если отец ее умрет раньше Тинки.

— Благодарю вас, — сказал Мейер.

* * *

Вернувшись в участок, Мейер тщательно проверил отпечатанный на машинке список всех личных вещей, которые были обнаружены в квартире Тинки Закс. В описи не фигурировало ни копии завещания, ни чековой книжки, однако полицейский из отдела убийств, составлявший этот список, внес в него ключ от личного сейфа в банке, пометив, что он валялся на столе в квартире убитой. Мейер позвонил в отдел убийств и спросил об этом ключе. Выяснилось, что он сейчас находится в отделе выморочного имущества. Ему сказали, что если возникла в том необходимость, ключ можно взять там под расписку. Он немедленно поехал в главное управление и там ему вручили маленький конвертик с ключом. На конверте было напечатано название банка. Оформив должным образом получение ключа, он попросил в близлежащем суде ордер на право допуска к содержанию сейфа. В сопровождении судебного исполнителя Мейер отправился на метро в центр города. Когда они вышли из метро, шел проливной дождь, но они скоро добрались до Первого Северного банка на углу Филлипс и Третьей-авеню, что было в нескольких кварталах от дома Тинки.

Банковский клерк снял металлический ящичек с полки, уставленной точно такими же ящиками, и поинтересовался у Мейера, не желает ли он исследовать его содержимое в приватной обстановке, после чего провел его и судебного исполнителя в маленькую комнатку, где помещались стол и стул, а также висела привязанная на веревочке шариковая ручка. Мейер отпер металлический ящик.