Читаем Сборник стихов полностью

«Ты просушил ботинки? — спросила она. —Сегодня ночью обещали метель.Тебе идти, а я в пустой избе тут одна.Быть может, что-то прояснится теперь.Там за окном под липой мой любовник стоит,фонариком он шлёт мне сигнал.С шести часов под снегом он стоит, терпелив,и я хочу, чтоб ты это знал.Как выйдешь за калитку, ты его не заметь.Или заметь — не знаю, хочу.Ведь всё равно должна произойти чья-то смерть.Да ладно, ты не думай, шучу».Я вышел за калитку. — Где метель? — Куча звёздкидает на деревню свой блеск.Я вышел за деревню — там дорога ведётв заваленный сугробами лес.Я вышел на опушку — вижу волчьи следы.Я свистнул, или взвизгнул, иль взвыл,призвал весь смысл моей непроходимой любви —он робко хрустнул, сбивчив и зыбл.Прислушиваясь к шороху дробящихся искрна ткани вероломных снегов,сухими лапами я осторожно, как тигр,побрёл, не оставляя следов.

«Какие кислые доски…»

Какие кислые доски.Какие ливни и грозы.Какие липкие листья.В сенях обвисла таблицасухих подкормок-прополок.Под потолком между балокторчат укроп и мелисса.Чеснок с фасолью — на полках.Осиротел топинамбурна огороде под небомоднообразным и серым.На перекопанных грядкахревень один только с хреномещё кой-как уцелели.Стрижи вчера улетели,сорвавшись вихрем мгновенным. —Теперь у нас полный праздникна огородах напрасныхпод небом грязным и ветреным.

«„Увы! Увы!“ — поёт пила…»

«Увы! Увы!» — поёт пила.Заря в лесу легла.Нагрелись вялые поля,зарделася река.Пока не кончился бензин,прохладный звон «увы»качает заросли низиннахлывами волны.Пока громоздкий тракторист,качаясь, едет вдаль,над Богобабьем поднялисьдымы субботних бань…Когда я спал обычным сномпод тяжестью спины,я слышал монотонный звонструны, волны, пилы.Уже окрестность вся спала,полезный сон творя. —Я видел мирные поляи бурные моря.Уже в простоимённом снезастыло вещество.Я видел всё, что видят все,и больше ничего.

«Тёмные, горькие думы…»

Тёмные, горькие думымутно набрякли, как тучи.В этот час скрипнули струны,звякнули в эту минуту.Я положил зажигалкурядом с кроватью на столик.Знал я, что зря дожидалсядерзких признаний, историй.Осенью гром не шарахнет.Можно заснуть — не проснуться.Только просунутся шахматв сон напряженья конструкций.

«Куда бы, я думал, исчезнуть совсем…»

Перейти на страницу:

Все книги серии Знамя, 2012 № 02

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное