Читаем Сборник статей полностью

Изначально человеческие эмоции, вызванные присутс­твием сверхъестественного, ведут к выражению, ибо бессо­знательное несет с собой свое собственное выражение, что входит в его созидательную функцию. Но эмоциональные порывы, которые движут группой и находящимся в группе индивидуумом, не должны рассматриваться, как динамика без содержания. Ибо каждый символ, как и каждый архетип, обладает специфическим содержанием, и когда мы говорим, что весь человек захвачен коллективным бессознательным, мы имеем ввиду, что захвачено и его сознание. Соответст­венно, мы с самого начала устанавливаем, что творящая функция души сопровождается реакцией сознания, которое, поначалу нерешительно, а потом все более активно пытает­ся понять, истолковать и ассимилировать вещь, подчинив­шую его себе. Таким образом, уже на самой первой стадии происходит относительное оформление стиля выражения, в результате чего возникают определенные традиции.

В наше время развитого или чрезмерно развитого соз­нания, ощущения и эмоции считаются признаком артисти­ческой натуры; людям с неразвитым сознанием такое и в голову бы не пришло. Примитивные и ранние цивилизации считали, что творящая сила сверхъестественного поддержи­вает или даже порождает сознание: она устанавливает различия и порядок в движимом хаотическими силами неопреде­ленном мире и дает человеку возможность сориентироваться.

В творящей сфере души, которую мы называем бессозна­тельным, основные границы проведены точно так же, как они будут проведены в возникшем впоследствии сознании. Само появление психического образа представляет синтетическое толкование мира, и то же самое можно сказать о произведении искусства в момент его зарождения. Произведение искусства обладает магической силой; оно представляет собой ощущение и восприятие, озарение и установление различий, слитые воедино.

Это несущественно, натуралистичен образ или нет; даже абсолютно натуралистичные рисунки животных, созданные людьми Ледникового Периода, с нашей точки зрения, явля­ются символами. В примитивном, магическом восприятии мира, каждое нарисованное животное является чем-то сверхъестественным; оно есть воплощение и суть данного вида животных. Например, индивидуальный бизон представ­ляет собой духовно-психический символ; в определенном смысле, он - это "отец бизонов", идея бизона, "бизон, как Лаковой", и именно поэтому он является предметом ритуала. Покорение и убийство, приручение и оплодотворение живо­тного, разыгрывающиеся в психической сфере между груп­пой людей и образом, символизирующим группу животных, имеют трансформирующее реальность (то есть, магическое) значение, потому что этот образ-символ включает в себя сверхъестественные сердце и центр живущего во внешнем мире животного, символические очертания которого состав­ляют подлинное проявление сверхъестественного животного.

В период зарождения, формы выражения и ведущее архетипическое содержание культуры остаются бессозна­тельными; но с развитием и систематизацией сознания, а также укреплением индивидуального эго, возникает кол­лективное сознание, культурный канон каждой конкретной цивилизации и эпохи. Иными словами, образуется состав определенных архетипов, символов, ценностей и установок, на который проецируется архетипическое содержимое бес­сознательного, и который, приняв жесткие формы мифа и культа, становится догматическим наследием группы. Жизнь группы больше не определяется бессознательным и неведо­мыми силами; вместо этого, известные группе надличност­ные фигуры и содержимое направляют как жизнь общины, так и осознанное поведение индивидуума во время праздника и отправления религиозных обрядов.

Это не значит, что человек подозревает о существовании связи между этим надличностным миром и глубинами своей собственной человеческой души, хотя надличностное может выразить себя только посредством человека и обретает в нем форму в результате творческого процесса

Но даже после того, как возникает культурный канон, искусство, во всех его формах, поначалу остается интегри­рованным в общую жизнь группы, и когда культурный канон соблюдается во время религиозного праздника, вся творчес­кая деятельность подчиняется этому существенному собы­тию- Как выражение архетипической реальности, культовые виды искусства- изобразительное, музыка, танец и поэзия -являются внутренней собственностью коллектива.

Происходит ли явление сверхъестественного в нацара­панном на кости рисунке, в каменной скульптуре, в зданиях средневековых соборов, или в маске, созданной всего только для одного праздника и сожженной после него - в любом случае, явление сверхъестественного, восторг тех, кто придал ему форму и восторг празднующей это явление груп­пы составляют нерушимое единство.