Что касается трагедии с Иваном, то умный компьютер только подтвердил ее собственные мысли. И женщина, которая десять лет назад казалась Светлане чудовищем, в действительности оказалась мудрой и дальновидной. Как будто в горах вредный попутчик постоянно ставит подножки, устраивает завалы на дороге, а потом на самом краю пропасти хватает тебя за руку и говорит: «Вот видишь, от чего я тебя спасал!» Да уж, посмотришь вот так однажды вниз и ужаснешься: во что, оказывается, может выродиться большая и светлая любовь…

Ну вот, почти все. На все остальные вопросы, касающиеся своей жизни, Светлана могла ответить сама.

Ее ждали. Трое мужчин неподвижно стояли чуть в стороне от толпы встречающих международный рейс. Один из них взял у Светланы чемодан и направился к стоянке машин. Второму она вручила несколько коробочек, чек и карточку с адресом.

– Получишь деньги по чеку, отвезешь. Там живет пожилая женщина с сыном. Ее зовут Людмила Афанасьевна, сына – Иван. Лекарства – ей же. Каждый месяц будешь передавать им по пятьсот баксов. Легенду придумай сам. Моего имени не называть.

Кивком отпустив мужчину, она повернулась к третьему, ожидавшему указаний. Он также получил карточку. Светлана на мгновение замешкалась, глядя на несколько написанных слов. Странно было держать в руках почти забытый домашний адрес. Правда, номер квартиры был на единицу меньше.

– Этого человека найди хоть из-под земли. Делай с ним что хочешь, но он должен сознаться в том, что двадцать лет назад убил человека, своего соседа. Мне не важно, за что и как. Мне нужно только признание.

– Что делать, когда сознается?

Вопрос прозвучал уже в спину уходящей женщине. Она удивленно обернулась:

– Брось его в канализационный люк.

Глава шестая

Саша

Утренний ласковый ветерок прогуливался между ларьков, облепивших, словно ракушки, здание станции метро. Где-то уже открывали пиво. Запах шавермы из павильончика «Ливанская кухня» дразнил аппетит и приглашал продолжить вчерашние посиделки в общаге. Практически все окрестные дома служили приютом для будущих инженеров, которых готовил солидный институт с некогда коротким и простым названием. Последние переименования и нововведения наворотили вместо этого непроизносимую аббревиатуру, ломающую язык. Несколько веселых невыспавшихся студентов, шурша вынутой из карманов наличностью, по-видимому, всерьез обдумывали варианты продолжения банкета. Если бы они немного отвлеклись от своих проблем и взглянули на выходящих из метро людей, то наверняка обратили бы внимание на некоторую странность. В какой-то момент все лица, появлявшиеся из дверей, вдруг приобрели одинаковое выражение. Это было смущенное удивление, как будто перед самым выходом они увидели голого человека. Затем довольно быстро удивление переросло в испуг, и внезапно толпа иссякла. А появившиеся милиционеры перекрыли вход. Но студенты к тому времени уже сделали свой выбор и, купив на все деньги пива, ушли в общежитие. Они не видели ни растущей у входа толпы, ни «Скорой помощи», увозившей дежурную по станции. Бедная женщина сошла с ума прямо на рабочем месте. По рассказам очевидцев, вначале она просто бегала по платформе и кричала на пассажиров. Потов выключила свет на станции и умудрилась вывести из строя все три эскалатора. По счастливой случайности никто не пострадал.

Саша ехал в метро. Вторник. Это значит, что два дня отдыха закончились. Завтра на вахту. Режим два через два совершенно выбивал его из привычной обывательской пятидневки, так что суббота и воскресенье были для Саши такими же днями, как все прочие. Если бабушку будут хоронить в пятницу, значит, встреча с господином – как его? – Поплавским откладывается как минимум до субботы. Саша посмотрел на часы: четверть пятого. Раз он все равно на Петроградской, может, попробовать зайти к нему на работу? Нейроцентр – это ведь где-то рядом.

Погода была отличная, и Саша поймал себя на том, что опять отвлекся от мрачных мыслей. Проходя мимо хозяйственного, подумал, что надо бы купить мыла, потом зашел в рыбный, поморщился на замороженных чудовищ на витрине. Конечно, когда ходишь на «рыбаке» и видишь морских обитателей живыми и здоровыми, неловко встречать потом продукт своего труда в таком обезображенном виде. К пиву, конечно, ничего нет.

– Нейроцентр? Это не здесь. То есть с другого входа, у них своя проходная, – сказал строгий старик на вахте. И уже начал размахивать руками, объясняя, как пройти, но раздумал. – Ладно, иди здесь. По главной аллее до конца, а там налево. Новые здания.

Да, и здания новые, и персонал помоложе. Очень хорошенькая девушка в белой шапочке и хрустящем халатике куда-то позвонила по телефону, мило улыбнулась и сказала:

– Игорь Валерьевич сейчас занят. Вы на сколько назначены?

– Я… нет… Я по личному делу. – Саша то ли растерялся, то ли испугался возможности быть «назначенным» на прием в Нейроцентр. Захотелось даже сплюнуть через левое плечо.

– Тогда вам придется подождать. – Она еще более мило взглянула на часы. – Минут через сорок подходите.