Некоторые мальчики Лукьяненко были небритыми, но все равно оставались собой: вели войну со вселенским гадством.

Даже когда сам писатель, отбрасывающий тени этих мальчиков на страницы, окончательно переехал в Москву и "начал становиться" знаменит — его мальчики всего лишь обзавелись брюшком и кое-какой постоянной работой в структуре, противостоящей вселенскому гадству ex officio. Одного Лукьяненко пристроил в ночной дозор и дал ему высший ранг, второго (в финале книги) в ФСБ и дал ему майора (кажется). Третьего — в орден космических джедаев и дал ему огненный бич.

Потом он, похоже, крепко задумался о том, может ли хорошо встроенный в мироздание профи (вроде классного юношеского писателя) быть счастливым. И написал книгу «Черновик», в которой рассказал про программиста по имени Кирилл, ставшего — уже не бойцом и не принцем — а просто профи в хорошо отлаженном мироздании. Профи работал промакашкой между мирами, осуществляя в общем аллегорию писательской функции, и обслуживал публику. Происходящее ему не понравилось, система ему казалось ужасной. Профи решил взбунтоваться, порвал нескольких врагов как тряпку — и в «открытом» финале книги пообещал, что все еще будет.

Мне было интересно узнать, как Кирилл наваляет люлей отлаженному мирозданию — при том, что его автор уже давно не нервничает, видя вблизи К. Эрнста и К.Хабенского. А может, как знать, и саму С.Зверева.

Как оказалось, противоречие слишком тяжко. В продолжении, «Чистовике», герой 285 страниц кувыркается по мирам, пытаясь хотя бы узнать, кто это все устроил и зачем. В итоге он приходит к выводу: кто устроил — не важно. Зачем — не суть. Воевать — бессмысленно. Мироздание будет хорошо отлаженным и несчастным вовек — потому что будет таким всегда.

И герой впервые за всего Лукьяненко бросает нафиг щит и меч. Уже не потому, что спас мир и теперь можно передохнуть с девушкой или в новом мундире. А потому, что признал мир неспасаемым принципиально.

Герой, кувыркавшийся по мирам так, будто шел к цели, вдруг решает, что самое героическое и благородное — это, внимание, Подвиг — не тусоваться больше на гламурных вечеринках со Зверевым.

Чем заняться вместо — герой внятно не решил. У меня сложилось ощущение, что он намерен взять уже, наконец, нормальный кредит и водрузить над планетой Земля еще один подмосковный домик с кабанчиком.

Последние осмысленные строчки книги звучат так:

Я никогда не смогу изменить мир.

Но я могу отстоять свое последнее право, единственное, которое есть у человека, — право быть собой. Право возделывать свой сад."

На этом месте я почему-то Увидел толстоватого и лысоватого уже, лет эдак тридцати семи Даньку из "Мальчика и Тьмы", которому жена вовсю готовит обед.

Итого:

Перед нами первый роман отчаяния Сергея Лукьяненко. Дописан он до конца с трудом и некоторым отвращением автора к финалу. И это объяснимо, потому что любой нормальный мальчик ходит в лес на дракона не для того, чтобы в критический момент плюнуть и со словами "А, чем один дракон лучше другого?!" развернуться и пойти себе.

Я только одного не могу понять: зачем он решил бросить меч, если ему от этого самому противно?

Собственно, всё.

Акция "ПУСТИТЕ НАС В КОСМОС"

Знаете что? Космос, несомненно, ждет нас. Но терпение его не беспредельно и оно начинает заканчиваться — это я говорю вам как сами знаете кто. С тех пор, как Человечество подарило Вселенной несколько по-настоящему прикольных вещей (Спутник, Восток-1 с живым Гагариным и несколько отменных зондов к далеким планетам), Пространство не видело от нас ничего интересного.

Космос ждал наших лунных поселений еще к 2000-му году. Космос ждал, что уже в 2010-м мы, наконец, откроем нормальные восполняемые суперисточники энергии и начнем посылать десятки, сотни экспедиций с отважными исследователями на Марс, Юпитер, Кольцо астероидов, Венеру, Нептун, к соседним светилам.

И что он имеет? Пару десятков тысяч спутников, из которых подавляющее большинство передает с Земли на Землю же мыльные оперы. Время от времени над планетой зависает какая-то консервная банка, придуманная еще в 60-х, и взрослые люди проводят в ней уникальные эксперименты по выведению особо быстрых процессоров для обсчета банковского кредитования. Если бы Космос не был в основном Ваккуумом, его бы стошнило.