Читаем Сбежавшая медсестра полностью

– Доктор Эннис, вы, кажется, заявили, что поездка в город опасна для здоровья миссис Бумер?

– Да, сэр.

– Насколько опасна?

– По-моему, весьма опасна.

– То есть повлечет за собой ухудшение ее здоровья?

– Да, сэр.

– Когда вы видели миссис Бумер в последний раз?

– Сегодня, рано утром.

– По чьей просьбе?

Доктор засомневался, посмотрел на Бергера, потом сказал:

– По просьбе Гамильтона Бергера, окружного прокурора.

– И как она себя чувствует?

– Неважно.

– А по сравнению со вчерашним днем?

– Примерно так же, как при последнем осмотре.

– Те есть когда?

– Сорок восемь часов назад.

– А по сравнению с осмотром недельной давности?

– На том же уровне.

– Как же объяснить ее поездку в город со всеми сопутствующими испытаниями, такими как посадка в автомобиль, дорога, выгрузка из автомобиля, лифт, выгрузка из лифта, встреча с племянником, погрузка в лифт, выгрузка из лифта, опять автомобиль, возвращение в санаторий. И неизменный фон – инвалидная коляска. Эти испытания должны были повредить ее здоровью?

– Сомневаюсь, чтобы она выезжала, – сердито сказал доктор Эннис.

– То есть не знаете, выезжала ли?

– Я уверен, что она не выезжала.

– Откуда у вас такая уверенность?

– Во-первых, она сообщила бы мне. Во-вторых, меня известил бы о происшедшем лечебный персонал, вносящий коррективы в содержание пациентки только по моему указанию.

– Значит, по-вашему, она не покидала санаторий?

– Думаю, что нет.

– Значит, утверждение сержанта Холкомба, что покидала, ошибочно?

– Протестую. Это – наводящий вопрос, – вмешался Бергер.

– Протест поддерживаю, – заявил судья.

– Вопросов больше не имею, – улыбнулся Мейсон.

Судья задумчиво барабанил пальцами по столу.

– Доктор Эннис, – спросил он, повернувшись к свидетелю, – вы уверены, что эта женщина не выезжала из санатория?

– Я так полагаю. Хотя достоверно не знаю. Я ведь ее не стерег. Но такое путешествие, если бы оно произошло, было бы вопиющим нарушением больничных порядков. Кроме того, ослабленный организм выдал бы к утру острую болезненную реакцию.

– Что скажете о ее душевном состоянии?

– Состояние неважное. Она плохо ориентируется. Я убежден, что она не могла совершить такую поездку.

– Ясно, – сказал судья. – Есть у вас вопросы, мистер Бергер?

Окружной прокурор снова зашептался с сержантом. Холкомб бурно возражал, но Бергер все покачивал головой. Наконец, Бергер повернулся к судье:

– Вопросов не имею, Ваша Честь.

– У меня возникло желание вызвать для дачи свидетельских показаний в связи с возникшей дискуссии сержанта Холкомба, – заявил адвокат.

Сержант Холкомб без возражений прошел к свидетельскому креслу. Назвав имя, адрес, род занятий, он повернулся к Мейсону.

– Господин сержант, знакомы ли вы с миссис Шарлоттой Бумер, теткой Дарвина Керби? – спросил адвокат.

– Да, сэр. Знаком.

– Когда вы с ней встречались?

– Вчера.

– Где?

– В гостиничном номере Дарвина Керби, когда она с ним разговаривала.

– Вы разрешили ей посетить Дарвина Керби?

– Да, сэр.

– Разговаривали с ней?

– Недолго.

– И все-таки вы разговаривали?

– Да.

– Можете ее описать?

– Ну, она была в инвалидной коляске, наполовину в одеялах, как я понял – чтобы не переохладилась. Вся в мехах. На голове – шляпка. Седые волосы...

– А лицо описать можете?

– Резкие черты, здоровый цвет. Поразили меня глаза, умные, проницательные, настороженные.

– Какого они цвета?

– Ярко-серые.

Доктор Эннис крикнул со своего места:

– У миссис Бумер карие глаза!

Судья так заинтересовался этим возгласом, что даже проигнорировал явное нарушение процессуальных норм.

– Какие у нее глаза, доктор? – переспросил он.

– Карие.

– Серые! – запротестовал сержант. – Я же их хорошо разглядел.

– И черты ее лица не назовешь заостренными, – встал с места доктор Эннис. – У нее распухшее, одутловатое лицо. В связи с нарушением обмена веществ организм перенасыщен жидкостью, которую периодически необходимо откачивать.

– Да нет же, она настоящий сухарь, – подал голос сержант Холкомб.

– А почему вы сочли ее Шарлоттой Бумер? – спросил Мейсон.

– Она так назвалась, и Дарвин Керби называл ее так.

– Стражи порядка не должны верить слухам, – улыбнулся Мейсон. – А вот правда может оказаться губительной для вашей карьеры, сержант Холкомб. К вашему сведению, под маской миссис Бумер гостиницу посетил доктор Саммерфилд Малден. И вы позволили ему ускользнуть.

Мейсон сел.

Гамильтон Бергер вскочил, сделал глубокий вдох, ошеломленно посмотрел на Мейсона, перевел взгляд на сержанта, потом на судью и вдруг рухнул в кресло, словно подкошенный потрясением.

Судья посмотрел на свидетеля, потом на Мейсона, потом на доктора Энниса.

– Доктор Эннис, вам под силу установить с абсолютной достоверностью, покидала ли вчера санаторий миссис Бумер?

– Разумеется, – отозвался доктор Эннис.

– Сколько времени у вас на это уйдет?

– Ровно столько, сколько потребуется на телефонный разговор.

Успокоившись, Гамильтон Бергер снова встал.

– Ваша Честь, – проговорил он. – Я протестую против безумного предположения защитника, что это был якобы доктор Малден. Он этого не докажет.