Читаем Сарсет полностью

Она молчала и дрожала всем телом, морщась от боли, когда Хаким крепче сжимал ее локоть. Мне стало ужасно жаль ее, и я снова коснулась руки Хакима, на этот раз более решительно, переключая его внимание на себя.

– Не надо, – мягко сказала я. – Ты делаешь ей больно.

– Демоны тебя раздери, Ами, даже сейчас она вступается за тебя, – прорычал Хаким, прожигая ее взглядом. – И это твоя благодарность?

– Я ее благодарила!

– Ты обязана ей своей никчемной жизнью, – выплюнул Хаким и оттолкнул ее руку. – Еще хоть одно проявление неуважения по отношению к Лив, и, клянусь, те годы в плену покажутся тебе благодатью.

Ами дернулась, как от пощечины, и, побледнев еще сильнее, подняла на меня затравленный взгляд. Я чуть не разрыдалась от той боли, что промелькнула в ее глазах.

Нет, это было уже слишком. Настоящий удар ниже пояса.

– Позавтракай, ладно? – я выдавила улыбку и надеялась, что по моему взгляду Ами, как женщина, поймет, кому сейчас прилетит.

Не дожидаясь ее реакции, я схватила недоумевающего после нашего с ней обмена взглядами Хакима за руку и потащила его прочь из столовой.

* * *

ХАКИМ

Лив так резко побледнела, что я уже готовился к обмороку.

Она метнула на Каика испуганный взгляд, а потом ее плечи поникли и она неосознанно вжалась в стул, словно желая спрятаться от всего мира.

И мне это вовсе не казалось глупым.

Брайс относился к ней как к младшей сестре, а Каика я и вовсе никогда не видел таким… домашним, но я знал, что, несмотря на их трепетное отношение к Лив, для них не станет откровением интимная сторона наших отношений. Мой братец так вообще целый месяц наблюдал, как я изнывал от тоски по ней.

И Лив это знала. Она всегда была остра на язык, а уж наедине со мной тем более себя не сдерживала, но даже за столь короткое время, проведенное дома, я успел заметить, какое глубокое уважение она испытывает по отношению к наставнику.

Мне отчаянно захотелось придушить Ами собственными руками. Или хотя бы отрезать ее длинный язык.

И я не сдержался. Выволок ее из-за стола, хотел переговорить с ней и очень доходчиво разъяснить все последствия подобного поведения. Проклятье, да Лив чуть не погибла из-за нее!

Вероятно, мне никогда не удастся вырвать из памяти тот момент, когда я увидел отбивающуюся Лив, прижатую тем ублюдком, который посмел посягнуть на нее. До сих пор я не имел ни малейшего понятия, каким чудом не разорвал его пополам.

Как он остался жив после того, как я узнал все ужасающие подробности и увидел все синяки и ссадины на ее хрупком теле. Мне предстоял серьезный разговор с Мэроком, и, видят Боги, лучше бы ему не вставать у меня на пути, когда разговор зайдет о наказании для этих тварей.

Когда Лив преградила выход из столовой, я еще сильнее разозлился на Ами, неблагодарную стерву, которая позволяет себе подобное после всего. А когда сообразил, что со злости перегнул палку, то было уже поздно и Лив уверенно тащила меня в комнату.

– Лив… – начал я, едва за нами закрылась дверь, но случилось то, чего я никак не ожидал.

Она вдруг обхватила меня за шею и требовательно притянула к себе, тут же захватив мои губы в свой сладкий плен.

Мое тело среагировало мгновенно, потому что эта непредсказуемая женщина обладала надо мной безграничной властью, но Лив резко отстранилась и улыбнулась мне.

– Я ничего не понял, – честно признался я, отказываясь выпускать ее из своих объятий.

Лив хихикнула.

– Ты против? – она игриво очертила своим пальчиком мои ключицы, вызывая неконтролируемую дрожь.

– Я не могу быть против, – и это была чистая правда. – Но думал, ты будешь отчитывать за Ами.

– План был именно такой. Ты не должен был говорить ей подобное. Это ужасно, и тебе нужно извиниться, – Лив недовольно нахмурилась. – Но я очень благодарна тебе за поддержку. Знаешь, никто и никогда меня так не защищал. Я даже не сразу поняла, как реагировать на подобное.

Ее прекрасные глаза наполнились печалью, но я не смел перебивать.

– Мои друзья, – она тяжело вздохнула и поморщилась. Одно лишь упоминание о них все еще причиняло ей боль. – Мы всегда поддерживали друг друга. Но сейчас, с тобой… все иначе. И мне потребовалось время на осознание, что переполняющее меня чувство – это благодарность. Я так часто попадаю в неприятности, и каждый раз тебе приходится…

Не в силах больше сдерживаться, я вновь завладел ее ртом, обрывая взволнованную речь.

– Я всегда буду защищать и оберегать тебя, – пообещал я и себе и ей. – Всегда.

Ее прекрасные глаза цвета плавленого серебра смотрели на меня со смесью грусти и испуга. Неужели я сказал что-то не то?

– Не говори так, – тихо попросила она. – Не нужно давать таких обещаний. Прошло так мало времени…

Так вот что ее волнует. Вот что занимает ее мысли. Переживает, что происходящее между нами может оказаться чем-то несерьезным?

Нет, малышка. Серьезнее уже просто некуда.

– Ты сомневаешься во мне?

Лив растерянно моргнула и отвела взгляд, а мне страшно захотелось врезать самому себе.

Идиот. Как она может не сомневаться?