Афанис был непоколебим. Они с Авениром могли общаться друг с другом методом телепатии, как и Афанис с баракондами. И они решили в этот момент ничего не делать, так как их дар был бессилен. Афанис не видел Леонарда насквозь, он не мог забраться в его голову. Он был слишком силен. Чернота была всепоглощающа. И он не знал, чем это может закончиться для него и всей семьи.

— Что, ничего не видишь? — смеялся Леонард. — И не увидишь! Я самый сильный волшебник! — кричал Леонард устрашающим голосом.

Внезапно в зале появились волшебники всех мастей. Они начали применять свою магию и направлять ее в Леонарда.

Леонард упал. Он не ожидал. Но даже магии всех волшебников было недостаточно. Леонард встал и одним взмахом руки превратил волшебников в каменные статуи.

— Надо было пораньше приходить, тогда бы вы не выглядели сейчас так глупо, — отметил Леонард, отряхивая свои одеяния. — А знаете, я тут подумал, зачем мне сейчас вас уничтожать? Может, лучше я уничтожу всех остальных и весь ваш волшебный городок? — сказал он напоследок и растворился в воздухе.

— Его надо остановить! Что нам делать? — вопросила королева Лиль.

— Я не знаю, — ответил король Авенир.

— Афанис, что ты думаешь, ты сталкивался с этим? — спросил Авенир у Афаниса.

— Нет, Авенир, такого я не видел, а я видел многое, — ответил Афанис.

Сапфира стояла в сторонке и не знала даже, что спросить или что сказать. Так много всего произошло в один миг.

Старейшины пришли в себя и подошли к ним. Он их не уничтожил, почему? Они один за другим задавались этим вопросом. Ведь волшебников всех мастей он превратил в каменные статуи. И оживить их не под силу даже королевской семье. В этот время Сапфира подошла к каменным статуям и прикоснулась ладонью к Мидзу, положив свою ладонь прямо на его сердце. Статуя начала гореть красным цветом и ожила. Все присутствующие стояли ошеломленные.

— Я, кажется, могу все оживлять, — сказала Сапфира, сделав невинный вид.

— О, святые волшебники! Как это возможно? У тебя сразу два дара?! — проговорила королева Лиль.

Старейшины молчали, только пожимали плечами. Афанис улыбался.

— Теперь я знаю, кто может победить Леонарда, — сказал Афанис.

— Нет, о чем ты говоришь? Сапфира — дитя, — ответила королева Лиль.

— Это дитя выбрано природой и даровано волшебством жизни, это святой дар, — продолжил Афанис.

— Я согласен с тобой, Афанис, — присоединился Авенир.

— Не переживай, моя королева, я не дам свою дочь в обиду, ты же знаешь, но без Сапфиры нам не справиться, — попытавшись утешить королеву, сказал Авенир.

— Я готова, — воинственно ответила Сапфира, оживив всех волшебников.

— И мы все поможем, — присоединились волшебники.

— Мы защитим наш мир! — сказал король Авенир. — Волшебники, вы нужны в своих владениях! Быстрее отправляйтесь! — приказала король Авенир. — Старейшины, отправляйтесь в читальный зал, вам нужно найти всю информацию о черноте, которая захватила Леонарда, нам нужно знать, как это уничтожить! Королева Лиль, возьми Сапфиру, и отправляйтесь в покои, вам нужно прийти в себя и отдохнуть.

— Бараконды!!! — закричал Афанис. — Не бойтесь, королева Лиль, Сапфира. Они вас будут охранять, — добавил Афанис.

— Афанис, пойдем, нам нужно составить план действий, — сказал Авенир.

Полный тревожных событий, закончился день в тихом ранее мире волшебства. Что ждет их завтра? Покажет только ночь!

Глава 10. Мир волшебства против Леонарда

Леонард шел по улицам молча и не спеша, он даже не смотрел по сторонам, казалось, что он вообще не видит, куда идет, так как его черная накидка с капюшоном полностью закрывала лицо, но он видел всех и вся. Он видел сквозь мантию, на его губах была улыбка от предвкушения предстоящего. Чернота охватила Леонарда полностью. Его седые волосы уже не были седыми, они были черными, и еще чернее черного, его вид стал страшным, настолько, насколько это было возможным. Но если раньше он был просто старым-престарым старейшиной, то сейчас он стал крепче, сильнее и злее. Леонард хотел уничтожить все вокруг, или даже не Леонард, а чернота, породившая его. Миру волшебства первый раз за все существование перитов грозила реальная опасность, которая могла лишить их волшебства или даже жизни. В обоих случаях это бы убило их.