Низкой стеной из камня местной породы бар отделялся от площадки для отдыха, через которую, извиваясь, протекал искусственный ручей, обтекая столики, каждый из которых стоял на маленьком островке, соединенном с пешеходной дорожкой крутым каменным мостиком. Несколько пар в спортивных костюмах тихо разговаривали, склонившись над коктейлями со льдом и обрамлением из листьев, наслаждаясь кондиционированным воздухом и не обращая ни малейшего внимания на пресную музыку, льющуюся из вездесущих, но невидимых динамиков. На одном конце площадки стояла стеклянная стена, сквозь которую можно было видеть бассейн и купальщиков. Повсюду имели место вкрапления мужчин преуспевающего вида, с загаром, явно полученным от лежания на пляже. Иные из них сидели активно пьющими группками вокруг белых железных столиков, иные же, примостившись на краешках ярких плетеных шезлонгов и свесив животы между ног, изучали биржевые ведомости. Прочие бесцельно фланировали вдоль краев бассейна.

Исполненные надежд юные дамы, развалясь, посиживали в шезлонгах. Большая часть сидела, поджав одну ножку и выставив вверх коленку, тем самым открывая на всеобщее обозрение кусочек ляжки. Солнечные очки были наведены на книги и журналы, но спрятанные за ними глаза вели интенсивную разведку.

Бен посмотрел на Джонатана, прищурив свои голубые глаза, причем от их уголков побежали морщинки, и кивнул.

— Да, действительно здорово, что ты приехал, старик. А то все эти пижоны мне до чертиков надоели. Как поживаешь-то? Все сам по себе?

— Живой пока.

— Как твоя шизанутая церковь?

— Голову от дождя спасает.

— И то ладно. — Он на секунду задумался. — Что же это за дела, Джон? Я получил эту самую телеграмму, а в ней сказано, чтобы я тебя принял и подготовил к восхождению. Оплатят, мол, все расходы. Что все это значит, старик? «Все расходы» — тут ведь можно черт-те сколько накрутить. Эти люди — друзья? Может, мне с ними полегче?

— Ни в коем случае. Никакие они не друзья. Сдери с них все, что можно. Посели меня в самый дорогой номер, а всю собственную еду и выпивку смело включай в мой счет.

— Ну и ну! Вот здорово! Черт меня побери, я же целый бал устрою за их счет. Эй! Кстати, о горах. Меня пригласили в базовые для какой-то группы, которая хочет лезть на Айгер. Как тебе это?

— Замечательно. — Джонатан знал, что следующее его высказывание вызовет недоумение, и постарался подпустить его как бы невзначай. — Кстати, именно к этому восхождению я и приехал сюда готовиться.

Он выждал, какая будет реакция. Улыбка Бена откровенно увяла, и он с удивлением уставился на Джонатана.

— Разыгрываешь?

— Нет.

— А со Скотти что стряслось?

— Попал в аварию.

— Вот бедолага! Впрочем, при такой езде он сам на это напрашивался. — Бен на мгновение переключился на общение с пивом. — Как же они тебя-то выбрали?

— Не знаю. Может, классу добирают — команда-то малоизвестная.

— Иди ты! Кончай заливать, старик.

— Если честно — даже не знаю, почему выбрали меня.

— Но ты пойдешь?

— Угадал.

Девица в предельно сокращенном бикини скрипнула еще не просохшими трусиками по табуретке, через одну от Джонатана, который никак не отреагировал на ее автоматическую приветственную улыбку.

— Давай-ка отсюда, зайчик, — сказал Бен, шлепнув ее по попке. Она хихикнула и пошла обратно к бассейну.

— И что, часто тут в горки ходят?

— Да сам иногда выбираюсь по мелочам, так, от нечего делать. Кстати, эта часть моего бизнеса давно захирела. Сам можешь убедиться — мои клиенты не в горки лазают, а совсем в другое кое-что. — Он потянулся через стойку, достал еще бутылку пива. — Давай, Джон. Пойдем потолкуем.

Они осторожно прошли по дорожкам площадки, через мостик, на самый уединенный островок.

Отмахнувшись от официанта, Бен принялся медленно посасывать пиво, явно собираясь с мыслями. Потом он тщательно протер столик ладонью.

— Тебе сейчас… э-э-э… сколько? Тридцать пять?

— Тридцать семь.

— Да-а. — Бен устремил взор через площадку в сторону бассейна, посчитал, что его аргумент принят к сведению.

— Я знаю, что ты думаешь, Бен. Но пойти я должен.

— Ты же бывал на Айгере. Дважды, если мне память не изменяет.

— Да.

— Тогда тебе все ясно.

— Да.

Бен обреченно вздохнул, потом, как и подобает другу, сменил тон:

— Ладно, это твое дело. Восхождение будет через полтора месяца. Тебе надо будет съездить в Швейцарию и попрактиковаться на месте, а перед тем еще немного отдохнуть, после того как я тут с тобой закончу. Здесь ты себе сколько времени кладешь на втяжку?

— Недели три-четыре.

Бен кивнул.

— Ну, хоть по крайней мере, жиру не нагулял. Но придется тебе, старик, попотеть. Как ноги?

— От ширинки до пола достают. Это все, что можно сказать в их пользу.

— Угу. Ладно. Наслаждайся пивом, Джон. Для тебя его больше не будет. Неделю, как минимум.

Джонатан медленно допил пиво.

Аризона, 16–27 июня