Читаем Санкция Айгер полностью

Если Вы читаете это письмо, значит, мой человек не сумел убедить Вас силой личного обаяния. Это меня не удивляет. Естественно, мне следовало бы лично посетить Вас, но я не очень транспортабелен и почти не располагаю временем.

У меня есть для Вас предложение, которое не займет у Вас много времени, но может увеличить Ваш годовой доход на тридцать тысяч долларов без всякой уплаты налогов. Я полагаю, что вспомоществование такого размера позволит Вам приобрести ту церковь на Лонг-Айленде, которая Вам так приглянулась, и, может быть, даже пополнить вашу коллекцию живописи, собранную незаконным путем.

Как Вы поняли, я стараюсь произвести на Вас впечатление своей осведомленностью о Вашей жизни и Ваших тайнах, и искренне надеюсь, что это мне удалось.

Если Вы заинтересованы, будьте любезны проследовать за мистером Поупом в мой офис, где Вас ожидает встреча с

Вашим покорным слугой,

Джонатан прочитал письмо и задумчиво вложил его в конверт.

— Ну? — спросил Поуп. — Что скажешь, приятель?

Джонатан улыбнулся, встал и подошел к нему, Поуп улыбнулся в ответ и тут же пошатнулся от резкой пощечины.

— Я же просил вас не называть меня «приятель». «Доктор Хэмлок» — этого вполне достаточно.

Слезы злости и боли стояли в глазах Поупа, но он сдержал себя.

— Вы идете со мной?

Джонатан швырнул письмо на стол.

— Да, пожалуй.

Перед уходом Поуп взял письмо и положил в карман.

— Нигде в Соединенных Штатах имя мистера Дракона не упоминается на бумаге, — пояснил он. — Кстати, я не припомню, чтобы он раньше кому-нибудь писал письма.

— И что?

— Это должно бы произвести на вас сильное впечатление.

— Скорее, это я произвожу сильное впечатление на мистера Дракона.

* * *

Джонатан со стоном проснулся. Солнце скрылось, оранжерею заливал серый, враждебный свет. Он поднялся и потянулся, разминая онемевшую спину. К вечеру с океана наплыли свинцовые тучи. За стеклом, в недвижном воздухе, показывая изнанку цвета ликера «Шартрез», тускло отливала листва. Первое урчание грома предвещало дождь.

Джонатан прошлепал на кухню. Он всегда бывал рад дождю и всегда ждал его с нетерпением. И когда спустя несколько минут над церковью разразилась гроза, он царственно восседал в мягком кресле, с тяжелой книгой на коленях и котелком горячего шоколада на столике рядом. За пределами того конуса света, внутри которого он предавался чтению, на стенах переливались узоры из желтых, красных и зеленых тонов — это дождь колотил по витражам. Иногда вспышка молнии освещала комнату, и тогда казалось, что вся обстановка в ней исполняет непонятный танец. Ливень барабанил по свинцовой крыше, ветер завывал, огибая углы старой Церкви.

Тогда он впервые прошел через ритуал подъема на древнем лифте в доме на Третьей авеню, переодетых охранников вокруг кабинета Дракона, уродливой и гигиенической миссис Цербер, тусклого красного света и жары в соединительном тамбуре.

Его зрачки медленно расширялись, открывая взору смутные очертания. И он впервые узрел кроваво-красные глаза Дракона, ошеломившие его и вызвавшие тошноту.

— Вас нервирует моя внешность, Хэмлок? — спросил Дракон своим медным голосом. — Лично я с ней примирился. Эта очень редкая болезнь — своего рода знак отличия. Генетические недуги такого типа свидетельствуют о довольно специфических обстоятельствах, связанных с породой. Габсбурги, я полагаю, имели равные основания гордиться своей гемофилией. — От улыбки сухая кожа вокруг глаз Дракона подернулась морщинками, и он членораздельно произнес: — Ха. Ха. Ха.

Засушенный металлический голос, фантасмагорическая обстановка и пристальный взгляд этих алых глаз — все это пробуждало у Джонатана желание поскорей закончить собеседование.

— Вы не будете возражать, если мы перейдем к делу?

— Я не собираюсь без надобности растягивать нашу дружескую беседу, но мне так редко выпадает возможность поговорить с разумным человеком.

— Понимаю — уже имел счастье познакомиться с вашим мистером Поупом.

— Он очень преданный и исполнительный.

— А что ему еще остается?

Дракон немного помолчал.