Читаем Самурай (сборник) полностью

Максимальная скорость катера теперь — вторая космическая. Перегрузки до 15 g специальный внутренний гравитатор полностью гасит, остальное делает настраиваемый ложемент. Можно погасить перегрузки полностью, но это уже за счет защитных экранов, а на такое никто не пойдет. При всем при этом как-то держится искусственный горизонт: летчик в бою хочет знать, с какой стороны планета. Я был очарован.

Вилла прадедушки расположена в отдалении от единственного на Джильо небольшого городка. И никакой дороги туда не ведет, только посадочная площадка и пристань.

Когда мы приехали, там жили только три супружеские пары, одна из них с дочерью, девицей лет тридцати. В порядке представления: синьор и синьора Ланчано с дочерью Абигель (синьор Ланчано — директор отдела терраформирования корпорации Кальтаниссетта); синьор и синьора Васто (молодожены; уникальный случай; синьор Васто — рантье, на Этне это не принято); синьор и синьора Веллетри (оба специалисты по межзвездной торговле). Вся компания собиралась вместе за завтраком, обедом и ужином, в остальное время скучали семейно, то есть парочками лежали на пляже и плескались в теплой воде бухты либо бассейна, где вода была пресная.

Так как все изнемогали от тоски, нам очень обрадовались. Многим людям почему-то кажется, что дети — это очень забавно и что они существуют для развлечения взрослых. Впрочем, мне хватило двух фирменных презрительных взглядов, брошенных на синьора Васто, чтобы больше никто не рисковал рассматривать меня как игрушку.

Проф оглядел меня медицинским взором и велел побольше плавать, не забыв предупредить охранников, что меня надо сопровождать и не давать заплывать слишком далеко.

Три дня я только плавал, спал и ел. Вечером третьего дня проф предложил мне отжаться столько раз, сколько смогу. Я был обескуражен результатом, а проф решил, что пора уже и тренировки устраивать. Следующие несколько дней отличались от предыдущих тем, что после заката мы четверо надевали кимоно и развлекали скучающую публику исполнением ката, отработкой связок и дикими криками «эй-хо». Я перестал чувствовать себя расслабленным. На завтрак, обед и ужин я приходил с волчьим аппетитом и дрожащими от усталости руками и ногами. Поэтому почти не замечал тех, с кем сидел за столом, а они, в свою очередь, убедившись, что я вовсе не «забавен», почти со мной не разговаривали.

Скучно. Надо сделать что-нибудь смешное. Я, значит, брожу как привидение? Светящиеся краски, невидимые на свету (новинка!) — джентльменский набор хулигана — у меня с собой. Ночью я вылез в окно и нарисовал разноцветные скелеты на нескольких адриатических вязах, стоящих вдоль аллеи, по которой все прогуливаются на закате. А на плитках вывел светящиеся следы, как будто привидения ходили друг к другу в гости. Зеленое привидение оставляет зеленые следы, а розовое — розовые, странно было бы наоборот. Жаль, что результатов придется ждать до вечера. Весь день я зевал, но дело того стоило. Темнеет на Джильо за несколько минут. Так что вечером я был вознагражден диким визгом синьоры Васто. Хм, чего она так визжит? Она же не одна, муж — в двух шагах. А он вместо того, чтобы успокоить свою половину, побежал ловить меня. Идиот! Кемпо надо заниматься лучше. Я позволил себя догнать и бросился ему под ноги, когда он попытался меня схватить. Синьор Васто рухнул в какие-то колючие кусты. Пока он из них выдирался, подоспел проф и охранники. Чета Веллетри хохотала до колик в животе — я так и понял, что эта специалистка по межзвездной торговле не робкого десятка. Синьора Ланчано поджала губы и наставительно произнесла, что смерть — это вовсе не смешно. Тогда захохотал даже проф, который до этого пытался сохранить серьезное выражение лица, так что я уже начал опасаться за свою попку. Но раз он смеется — значит, мне не влетит. Отсмеявшись, проф приказал:

— Марио, забери его с глаз долой!

Как будто я сам не могу уйти?! Интересно же послушать, что тут дальше будет. А он ко мне конвоира приставил. Безобразие!

— Ты сам пойдешь? — зловещим тоном спросил меня Марио.

— Нет! — крикнул я и побежал.

От Марио сбежишь, как же! И не вырвешься. Пришлось идти в дом и сидеть на диване в ожидании профа. Смешно-то смешно, и дома мне бы за это точно не влетело, а здесь… Черт его знает!

Проф пришел только через полчаса, я уже весь извелся.

— Я буду тебе очень благодарен, — сказал он, — если мне больше не придется за тебя извиняться.

— Угу, ладно, — пробурчал я. — Между прочим, это он меня попросил!

— Только не вздумай сегодня ходить на ужин.

— Э-э? — удивился я. — Я же есть хочу!

— Молодой растущий организм. Марио, возьми Энрика с собой.