Читаем Самурай (сборник) полностью

Через полчаса, быстро пообедав, мы уже сидели в седлах, слушая благословения и пожелания удачи. Алекс сильно клонился к гриве своего коня, я тоже.

Чем дальше я читал, тем легче мне становилось.

– Что это? – спросил Алекс, поднимая голову. – «Гимн перед битвой» Киплинга, – ответил я.

– Ясно, давай дальше.

Я направил коня к лесу и продолжал:

Через полчаса стихи превратились в нашу боевую песню. Даже Тони, с трудом сдерживавший слезы с тех самых пор, как узнал, что старшему брату грозит смерть, прибодрился. В таком приподнятом настроении мы рассматривали дракона как не слишком значительного противника.

Незадолго до заката мы въехали в лес, в котором, по словам Джека, дракон скрывается каждый раз после того, как обедает крестьянскими овечками или ворует очередную девушку (в одном только Трехгорье двух за те две недели, что он здесь обитает).

– Э-э? – удивился Лео. – Он же здесь крыльев не развернет! А кое-где и не протиснется!

– Там пещера и поляна, – пояснил проводник, – он здесь тока-тока появился, а раньше сюда все и за дровами, и по грибы, и по ягоды. Как вы его! – радостно ухмыльнулся Джек.

– Угу, – мрачно согласился Лео, взглянув в мою сторону. – А в пещеру вы раньше тоже ходили?

Джек только испуганно потряс головой. Впереди был какой-то просвет между деревьев.

– Эта поляна? – спросил Лео.

– Ага, – подтвердил Джек.

– Все ясно, держи, – Лео протянул ему золотую монету, – вали домой.

– Нет! – шепотом, но жестко возразил Джек. – И денег мне ваших не надо!

– Не дури! – отрезал Лео. – Незачем тебе умирать. А монету отдашь матери, лишней не будет.

Джек опустил голову, потом неохотно кивнул и повернул коня.

Некоторое время мы молча сидели в седлах. Потом Лео внезапно обернулся:

– Я тебе что сказал?! Немедленно домой! – крикнул он так и не уехавшему Джеку.

Я оглянулся посмотреть: кажется, на сей раз Джек действительно уедет.

– Ну, во имя «тигров», – предложил я.

Мы выехали на поляну и сразу оказались перед черным зевом пещеры.

– А факелы ты захватил? – спросил я у Лео как будто между прочим.

– А как же, – удивился Лео моему вопросу. – Гвидо не дал забыть. И кусок мела мы тоже взяли.

– Небезнадежны, – бросил я нахально.

– Дал бы я тебе по шее, – вежливо заметил Лео, – так ты же с коня свалишься.

– Да, – согласился я, – так нечестно. Прошу прощения.

Минут двадцать мы потратили на то, чтобы зажечь факел при помощи трута, кремня и огнива. Ругались мы как сумасшедшие – никакого терпения не хватит с этими древними приспособлениями.

Хотя вход был достаточно широк для лошадей, а внутри нас интересовали только те коридоры, куда мог бы заползти дракон, нам пришлось спешиться – кони категорически отказывались идти в темноту, в которой так явственно пахло гарью и смертью.

– Тони, – приказал Лео, – останься с лошадьми.

– Ты уже всех достал! – возвысил голос наш малыш. – Ничего с ними не случится, а и случится – черт с ними.

Лео вопросительно посмотрел на меня.

– А ты бы на его месте остался? – поинтересовался я хрипло.

Ох-ох-ох, умирать до самой полуночи не так уж обременительно верхом, а на своих двоих крайне неприятно. И кольчуга здорово потяжелела.

– прошептал Алекс совершенно белыми губами, ему тоже было очень плохо.

Я согласно кивнул и следом за Лео шагнул в пещеру. Роберто подхватил на плечи отравленного барана (интересно, как мы заставим дракона его съесть?) и пошел за мной. Коридор был довольно широк, стены были ровные, из какого-то мягкого камня, и похоже, дракон полировал их своим телом. На полу темнели влажные пятна – кровь ящера, мы старались даже не наступать на них. А Гвидо подхватил Тони за предплечье, чтобы тот не поскользнулся, не упал и не прикоснулся к ядовитой жидкости.

Через некоторое время ход раздвоился, по правилу правой руки нам следовало пойти дальше правым коридором, но дракон гарантированно не мог туда пролезть, поэтому Лео нарисовал на стене стрелку и мы пошли влево. Проход не сужался и шел все время вниз, на полу по-прежнему встречались скользкие лужицы драконьей крови.