Читаем Самураи державы Ямато полностью

Но в скором времени самураи Хидэёси Тоётоми столкнулись со все возраставшим и все более ожесточенным сопротивлением завоеванных, но не покорившихся «божественным сынам Ямато» корейцев, развязавших в тылу неприятеля, продвигавшегося в направлении китайской границы, форменную партизанскую войну, в которой основную роль играли отряды подпольной «Армии справедливости» («Ыйбён»), действовавшей по всем законам «малой (партизанской) войны», изматывая самураев неожиданными вылазками, засадами, диверсиями и рейдами у них в тылу. Остававшееся в занятых японскими «буси» городах корейское население всячески поддерживало это движение. Вскоре «Армия справедливости» перешла к совместным действиям с регулярными частями королевской корейской армии, что усилило эффективность ее действий. Корейцы активно применяли свои передовые изобретения — «огненные повозки» («хвачха»)[66] и первые в истории войны на море броненосцы («кобуксоны»). Выдающийся корейский флотоводец адмирал Ли Сун Син (Ли Сунсип, Ри Сунсин) за первые три месяца войны, используя «кобуксоны» (буквально: «корабли-черепахи»), потопил более трехсот японских кораблей в морских сражениях у островов Кадокто и Кочжедо (15 июля), в Сочхонской бухте (8 июля), у Танхо (9 июля), Танханхо (13 июля) и Юлхо (15 июля), отрезав, таким образом, высадившуюся в Корее самурайскую армию вторжения от баз снабжения, расположенных на Японских островах. Однако радикальным образом ситуация на корейском театре военных действий изменилась (не в пользу «боевых холопов» Хидэёси) только после прихода на помощь корейскому королевству, формально остававшемуся вассальным по отношению к Китаю, многочисленной китайской армии под командованием выдающегося полководца династии Мин Ли Жу Супа (Ли Жусуна). Надо ли говорить, что вооруженная борьба, кроме Кореи, еще и с могущественной империей Мин (людские и материальные ресурсы которой казались, да, собственно говоря, и были фактически неисчерпаемыми, по сравнению с японскими) делала перспективы военной победы «буси» Хидэёси на континенте, мягко говоря, весьма отдаленными и столь же туманными и неясными, как его происхождение. Под натиском численно превосходящих сил противника самураи были вынуждены отступить к окраинам современного Сеула, и Корейский полуостров оказался фактически разделенным на северную (китайскую) и южную (японскую) части (эта ситуация почти с зеркальной точностью повторилась в годы Корейской войны 1949–1953 годов, с той только разницей, что роль японцев в середине XX века играли экспедиционные войска США и ряда других государств — членов Организации Объединенных Наций). Командующие обеих армий заключили временное перемирие, договорившись о направлении китайского посольства в Ставку Хидэёси и об обсуждении с «тайко» условий окончательного мирного договора.

Тем временем в Японии при дворе быстро дряхлевшего «бывшего регента» произошли немаловажные события. В 1593 году Ёдогими, наложница престарелого Тоётоми (когда-то её звали О-Тятя; она была старшей дочерью Нагамасы Адзаи и его жены О-Ити, сестры Нобунаги Оды) родила ему сына Хидэёри. Желая передать власть сыну перед своей смертью, Хидэёси лишил собственного племянника Хидэцугу должности «кампаку», обладатель которой считался главой семейства Тоётоми, и приказал ему совершить над собой обряд «сэппуку» (племянник выполнил этот приказ с той же покорностью, с какой выполнял и все предыдущие приказы дяди-«кукловода»). В предчувствии близкой кончины Хидэёси созвал в свою Ставку влиятельнейших властителей Японии и учредил Опекунский совет пяти старейшин и Совет пяти управляющих («тайро»), задачей которых было помогать его сыну Хидсёри в управлении государством после смерти отца.