Читаем Самозванка с короной полностью

— Нет времени, — Джессамин отошла от Мики, словно боялась, что Мика бросится на нее, хоть и сказала стажам, что не была в опасности. Она не зря была осторожной. — Слушай внимательно, — сказала принцесса быстро и тихо. — Лорд Обер оставил указания, чтобы, если его убьют, формулу Пятого Таланта доставили королю Обсидиана.

— Что? — Мика вскочила на ноги. — У короля Обсидиана…

— Молчи, пока я не закончу, — рявкнула Джессамин. — Ты уже все достаточно испортила для одной ночи. Я знала, что он это сделал. Мне нужно было время, чтобы найти его гонца, а потом я сделала бы ход против него.

Челюсть Мики стала длиннее, когда она поняла слова Джессамин.

— Вы только притворялись, что заодно с ним?

— Я надеялась, что вы смогли найти гонца, когда возвращались из гор. Вы не поверили, что я вела себя правильно, и теперь мы все обречены.

— Но я думала…

— Думала, что я бросилась к монстру ради нового лица, — голос Джессамин был полон холодной ярости. — После всего, что мы пережили, я думала, ты знала меня лучше.

Мика уставилась на нее. Она не так поняла? Было сложно соображать. Она отдыхала за сутки только то время, пока была без сознания из-за нападения стража. Она ужасно устала.

— Я думала, вы согласились с ним работать. Без Баннера и Арена…

— Потому я нуждалась в тебе сильнее обычного, — голос Джессамин дрогнул, она разглядывала трещины в стенах погреба. Она не смотрела в глаза Мики, но уязвимость была видна в напряженных плечах и том, как она сжимала юбку. — Вы с Калебом были моей последней надеждой. Мне пришлось принять Обера, когда он прибыл с сотней Пятых Талантов. Мне нужно было придумать ход против него, — она с дрожью вдохнула. — Но ты не поверила в меня. Ты… предала меня.

Мика села на бочку.

— Мне так жаль, Джесса.

Она не верила сперва. Она искала знаки от Джессамин, но принцесса хорошо играла роль. И Мика отчасти понимала, почему Джессамин согласилась бы сотрудничать с Обером, узнав, что обсидианцы зашли далеко. Стоунфосс. Талон. Восток острова Эмбер до гор Ридж. Она видела смысл в работе с врагом, чтобы остановить вторжение.

Но Джессамин уже пыталась играть с лордом Обером, выжидала момента, веря, что сможет его перехитрить. Это привело только к боли.

Мика подняла голову.

— Позвольте уточнить, — сказала она. — Мне жаль, что я не поверила, что у вас есть план, но я не жалею, что мы убили Обера и его мимика.

— Прошу прощения?

— Они слишком опасны, они слишком сильно навредили. Я не жалею, что убила их.

Джессамин уперла руки в бока, уже не избегая взгляда Мики. Она была сейчас больше похожа на прежнюю себя, чем в атриуме, энергичная, а не холодная, злая, а не спокойная. Ее кожа снова теряла облик.

— Ты понимаешь, что объявляешь себя нераскаявшимся предателем империи Виндфаст?

Мика встала на ноги.

— Я — предатель для всех, кто вредит империи, включая вас. Я не отрекаюсь от того, что сделала.

Мика и Джессамин смотрели друг на друга, мерцающая лампа бросала тени на их черты. Мика не хотела отводить взгляд. Она перестала бояться принцессы, перестала видеть в ней сверхчеловеческую силу. Она ощущала вину за то, что не дождалась и не узнала ее планы, но она была уверена, что Обер задумывал для нее худшую судьбу.

И она смотрела на подругу, надеясь, что Джессамин поймет, но уже не жалея, что так поступила. Мике порой казалось, что ее нужды, мнения и сознание были поглощены принцессой. Но это Мика сделала правильно.

Она не сдавалась.

Тени плясали вокруг них, и звуки не прерывали тишину.

Джессамин первой отвела взгляд.

Она вздохнула, но звучало это как смирение, а не жалость к себе.

— Я не прощу тебя за то, что ты не доверилась мне, Мика, но я знаю, каким был Обер. Он задушил бы меня в тот миг, как я родила бы ему сына, если бы я поддержала соглашение.

Мика не могла с этим спорить.

— Значит, вы отпускаете меня?

Джессамин фыркнула.

— Не совсем. Не будем забывать, что вы с Калебом уничтожили хрупкий альянс при свидетелях, которые верны лорду Оберу и обладают множеством Талантов.

— О, — Мика и не думала, что люди Обера могли быть против убийства их лорда. Хотя за ним шли верные ему люди.

— Важно совладать с Пятыми Талантами, которых Обер уже создал, пока они не направили силы в другое дело. Больше шестидесяти все еще в городе, остальные выполняют приказы Обера, — Джессамин взглянула на дверь и понизила голос. — Я должна заставить их верить, что нас обоих предали, чтобы они стали верными мне. Иначе мы не доживем до конца недели.

— Вы собираетесь их использовать?

— Тех, кто уже существует, да.

Желудок Мики сжался, она вспомнила, что еще должны были делать Пятые Таланты, пока она была в плену.

— Что случилось с людьми в Бердфелле?

Джессамин молчала мгновение.

— Это были мятежники. У нас нет времени на дипломатию.

— Я сказала им, что вы послушаете.

— Я хотела, — сказала Джессамин. — Правда хотела.

— Все они мертвы? — Мика думала, что ее стошнит на красное платье Джессамин. — Обер сказал, чтобы выживших не оставили.

— Я послала еще Пятно, чтобы сказать, что я хочу как можно больше пленных, — сказала Джессамин. — Но… вряд ли они тихо сдались.