Читаем Самоубийство полностью

случаев, друг на друга никакого влияния, и между ними нет никакого соглашения; а между тем все

происходит так, как будто они выполняют один приказ. Это значит, что в общей среде, окружающей их, существует какая-то сила, которая направляет их в одну и ту же сторону, причем в зависимости от большей

или меньшей интенсивности этой силы повышается или понижается число отдельных самоубийств.

Проявления интересущей нас силы не изменяются при перемене органической или космической среды, а

зависят исключительно от состояния социальной среды, т. е. сила эта коллективна. Другими словами, каждый

народ обладает по отношению к самоубийству известной коллективной наклонностью, которая ему присуща и

от которой зависит величина той дани, которую этот народ платит добровольной смерти.

С этой точки зрения неизменность процента самоубийств не имеет в себе ничего таинственного; она не

более загадочна, чем присущий каждому из них индивидуальный характер. Так как каждое общество обладает

своим темпераментом, который не меняется изо дня в день, и так как эта наклонность к самоубийству

проистекает из морального настроения общественных групп, то она неизбежно различна в разных группах и в

течение долгого периода остается постоянной. Она является одним из существенных элементов социального

самочувствия. Но у коллективов, как и у отдельных лиц, самочувствие представляет собой наиболее

индивидуальную и в то же время наиболее постоянную черту, ибо нет ничего более глубокого и основного, чем оно.

А в таком случае и вытекающие из него последствия должны отличаться таким же индивидуальным и

устойчивым характером. Вполне естественно даже, что они обнаруживают большее постоянство, чем общая

смертность, так как температура, влияние климата, геологические явления — словом, различные условия, от

которых зависит человеческое здоровье, подвержены из года в год гораздо большим изменениям, чем

национальный характер.

Существует, однако, еще одна гипотеза, отличающаяся, по-видимому, от предыдущей и не лишенная для

некоторых умов известной притягательной силы. Для того чтобы разрешить затруднение, не достаточно ли

будет предположить, что различные события частной жизни, которые кажутся определяющими причинами

самоубийства, по преимуществу регулярно возобновляются каждый год в одной и той же пропорции? Каждый

год, говорят нам, совершается одинаковое приблизительно число несчастных браков, банкротств, крушений

карьеры, разорений и т. д. Поэтому вполне естественно, что, попадая ежегодно в одно и то же положение в

одном и том же числе, индивиды в том же числе принимают решение, вытекающее из этого положения. Нет

надобности воображать, что они подчиняются при этом давлению тяготеющей над ними силы; достаточно

предположить, что, поставленные в одни и те же условия, они в общем рассуждают одинаково.

Но мы знаем, что эти индивидуальные обстоятельства если и предшествуют обыкновенно самоубийствам, то не являются их действительными причинами. Скажем еще раз, что в жизни человека не существует

несчастий, влекущих его неизбежно к самоубийству, если он в силу чего-либо другого не склонен к нему сам.

Регулярность, с которой известные обстоятельства способны повторяться, не может поэтому объяснить

регулярности самоубийств. Сверх того, какое бы влияние им ни приписывали, такое решение, во всяком

случае, передвинуло бы только проблему на другое место, не разрешая ее. Ибо осталось бы необъясненным, почему эти отчаянные положения неизменно повторяются каждый год согласно закону, присущему каждой

отдельной стране. Каким образом случается то, что в одном и том же обществе — предполагая, что оно

находится в упроченном состоянии,— всегда одинаковое число распавшихся семейств, экономических крахов

и т. д.? Это регулярное повторение одних и тех же событий в одном и том же количестве, для одного и того же

народа, но очень различных у разных народов было бы необъяснимым, если бы в каждом обществе не

существовало определенных течений, увлекающих его членов с определенной силой в коммерческие или

промышленные авантюры, в область таких поступг ков, которые способны нарушить спокойствие страны и т.

д. Допустить это — значило бы, таким образом, восстановить в почти неизменной форме ту самую гипотезу, которой мы, казалось, сумели избежать.

III

Постараемся же понять смысл и значение тех терминов, которые мы только что употребили.

Обыкновенно, когда говорят о коллективных наклонностях или страстях, то склонны видеть в этих

выражениях только метафоры или manieres de parler, не обозначающие собой ничего реального, кроме

www.koob.ru

некоторой средней известного числа индивидуальных состояний. На них не смотрят, как на вещи, как на силы

sui generis, которые управляют сознанием частных лиц. Однако в действительности именно такова их природа, что блестяще доказывается статистикой самоубийств. Состав индивидов, образующих известное общество, из

года в год меняется, а число самоубийств тем не менее остается тем же до тех пор, пока не изменится само