Читаем Самородок полностью

– Тогда затушите костёр. Затаитесь. Я буду следить за продвижением отряда. Вас здесь никто не видел. Вы исчезли раньше всех из стойбища Нунлигран. Все знают это. Попробуем их направить по ложному следу. В отряде нет Ульвелькота. Это плохо. Навряд ли вас найдёт отряд. Но Ульвелькот вполне может. Будьте предельно осторожны.

Вэкэт уехал так же, как и прибыл, на олене по реке.

Небольшой оперативный русский отряд возглавлял суровый офицер. Он представился Кулилу и объяснил, что они разыскивают двух русских заключённых, бежавших из лагеря. По имеющимся сведениям, эти люди проживают у них в стойбище оленеводов. Кулил не отрицал, что у них некоторое время проживали двое русских, когда они пасли стадо около рыбацкого посёлка Нунлигран. Но с тех пор, как они перекочевали в долину Чауна, русские покинули их стойбище. Очевидно, они где-то на побережье. У моря для них больше возможностей отправиться на материк или скрыться на островах. Кулил провёл их по ярангам оленеводов. Но никто им не дал наводки на двух русских. Все подтвердили, что двое русских ушли раньше, чем оленеводы покинули Нунлигран. Отряд обследовал окрестности и ушёл в сторону моря к острову Айон. Кулил и Пыткыванна очень переживали за дочь. Не было Ульвелькота. И это наводило на мысль, что он может следить за ними. Поэтому к беженцам ещё раз отправился Вэкэт. Он ехал очень осторожно, беспокоясь, что Ульвелькот и за ним может проследить. Поэтому он поехал сначала в другую сторону, как бы на охоту. Попетляв среди сопок, он вернулся и тщательно проверил, нет ли дополнительных следов на его пути. Следов не было.

«Ты хитрая лисица, – подумал Ульвелькот, – но я росомаха, я хитрее тебя».

Теперь Вэкэт спокойно ехал на своём олене. Следы его оленя чётко виднелись на снегу. Ульвелькот не торопился. Он спрятался за большим камнем и не пошёл дальше.

«К чему красться следом, когда дорога нарисована на снегу? Проверяй, хитрая лисица Вэкэт. Ты ничего не обнаружишь». Много дней прошло с тех пор, как Ульвелькот покинул родное стойбище. Последний разговор с Лизой жёг его сознание. С тех пор как она видела его пьяным и связанным на полу отцовской яранги, плачущим и бессильным в своёй злобе на Михаила, он потерял своё лицо перед ней. Он уже не был её другом и её «маленьким мужем». Это вызывало в нём жгучую обиду на Лизу и её мать и отца. Он, как и прежде, считал, что только кровь смоет позор. Он убьёт этого гадкого таньги, которого непонятно почему так возвысил старый, выживший из ума шаман. И он перехитрит их всех.

Через пару часов Ульвелькот видел возвращающегося Вэкэта. Он снова несколько раз слезал с оленя и проверял следы.

«Проверяй, лисица Вэкэт, проверяй. Ничего ты не увидишь». Ульвелькот подождал, когда Вэкэт скрылся из вида, и тихо выполз из своего укрытия. Не торопясь, он пошёл по следам в противоположную сторону. «Вы спокойны сейчас. Отряд таньги ушёл к морю. Но я знаю, почему Кулил сменил место стойбища. Здесь, в Чаунской долине, можно хорошо пасти оленей и почти рядом в сопках укрыться беглецам. Я найду их». С этими мыслями Ульвелькот дошёл до реки. Следы туда обрывались и шли обратно. «Хитрая лиса, он шёл по воде. Куда он шёл, вверх или вниз по течению?» За это время Вэкэт не мог уйти далеко. И Ульвелькот решил пройти в обе стороны, приблизительно затратив половину времени, на которое Вэкэт скрылся у него из вида. Он чувствовал, они где-то близко, и они недалеко от реки. Им нужна вода.

* * *

Ночь была тёплая, и к утру снег растаял. Михаил проснулся в тревоге. Он чувствовал опасность. Что-то в их маленьком лагере было не так. Он не стал тревожить Лизу. Но быстро оделся и привязал к поясу охотничий нож. Другого оружия у них не было. Однако Лиза почувствовала, что Михаила рядом нет, и открыла глаза. Внимательно посмотрела на него, потом потянула носом воздух и рывком села.

– Михаил, недалеко чужой. Я чувствую запах. Это или медведь, или человек. Но это не Лёва и Кэлена.

– Одевайся и жди меня здесь. Я пройду по лесу.

– Нет. Разбуди Лёву и Кэлену.

Михаил вышел и обошёл вокруг яранги. Никаких следов он не обнаружил. Но его насторожил чужой запах. Утро было солнечное и радостное, снег растаял. Он заглянул к Лёве и Кэлене.

– Вставайте и немедленно приходите к нам.

Все четверо пошли умываться к реке, вытащили морду с хариусами, пошли готовить завтрак. Настроение повысилось. Но утренний запах настораживал Лизу, и хотя больше не ощущался, она была внутренне неспокойна, а потому тиха и молчалива.

– Нам нельзя ходить поодиночке. Особенно женщинам, – сказал Михаил.

Лев понимающе посмотрел на него.

Долго они не могли быть угрюмыми. Они были молоды и счастливы. А потому, несмотря на ощущение опасности, с шутками и смехом собрались и пошли на ближайшую сопку за травами и ягодами. Сверху можно было осмотреть окрестности.