Читаем Самородок полностью

Судья Бэннер заключил очень экономный контракт с небольшим родильным домом неподалеку от Найтс-Филд (там-то и умер Бамп), чтобы там лечили все несчастные случаи, которые случаются с игроками, поэтому Роя отвезли туда. Дежурный акушер решил избавить героя от аппендикса. Однако Рой сопротивлялся, как сумасшедший, и с ним не могли справиться хирург, анестезиолог, санитар и две акушерки. Они утихомирили его, сделав укол, и увидели шрам, змеей извивающийся по всему животу. Осмотр показал, что аппендицит был удален, а вместе с ним и кое-что еще. (Всех привело в изумление его изуродованное шрамами и обезображенное тело.) Врачи предлагали удалить ему желчный пузырь, а может быть, и часть желудка, но никто не решался взять на себя ответственность, опасаясь реакции «Рыцарей» и общественности. (Город был в ужасе. Возле больницы собирались толпы; все ждали бюллетеней о его здоровье. Правительство Японии выразило соболезнования.) Вместо операции применили клизму и выкачали невероятное количество слизи. Пациент все время стонал в унисон с дамами, рожавшими на том же этаже. Врачи внимательно наблюдали за Роем, не предпринимая радикальных мер.

Живот донимал его так сильно, что он не мог думать ни о чем другом. Ледяные струи неслись по огненной пустыне. Он стучал зубами от холода и исходил потом, редко отдавая себе отчет в происходящем, но терзаемый снами. В них он возносился до гигантских высот, чтобы потом рухнуть на многие мили вниз и стать маленьким карликом Роем (эй, мистер, вы наступаете мне на ноги!). Его подхватили порывы бушующего шторма, ослепительно вспыхивали и гасли огни — так ярко, что болели глазные яблоки. Голова Айрис сидела на плечах танцующей Мемо, а голова Мемо на том, что осталось от мерцающего обрубка Айрис. Все перепуталось, переплелось, закружилось и поплыло. В ночном кошмаре он умирал по куче экзотической еды: фрукты и икра тропических рыб наполняли удивительную вазу. Он наклонил голову, чтобы съесть эту прелесть, и тут же угощение исчезло. Тогда ему подали отличный кусок мяса, и он обнаружил, что оно невероятно вкусно уже потому, что жует он сам, а не кто-то другой. От его воплей сестры разбежались по углам. Им нечего было противопоставить его молотящим воздух кулакам.

В бреду Рой выскочил из постели в одной ночной рубашке и пустился по коридорам, распугивая только родивших женщин, чтобы найти где-нибудь швабру или метлу и потренировать страшные замахи в своей палате перед зеркалом… Его нашли распростертым на полу… На рассвете он осторожно встал и утащил из кладовки плунжер водопроводчика, но на этот раз его поймали и водворили на место три служителя. Роя привязали к кровати, и он лежал, как арестант, а в это время «Рыцари» продули третью из трех решающих игр вконец израненным и ожесточившимся «Красным». Поскольку восставшие из пепла «Пираты» вдребезги разнесли «Филсов» три раза подряд, конец сезона раскалился как никогда. Единственная игра плей-офф на Найтс-Филд была назначена на следующий понедельник, за день до открытия Мировой серии.

К концу дня температура спала. Рой пришел в сознание, уже без пут, и увидел возле кровати встревоженную Мемо. От нее он узнал, что случилось с командой, и застонал от боли. Когда она ушла, прижимая носовой платок к покрасневшим глазам, он обнаружил, что его неприятности только начались. Лечащий врач Роя, длинный, сутулый, седоусый человек с печальными глазами, рассеянно игравший массивными золотыми часами, объяснил ему ситуацию. Он весело сообщил ему, что почти не сомневается в участии Роя в плей-офф в понедельник (Рой чуть не выпрыгнул из кровати, но доктор жестом остановил его). Он может сыграть, да, хотя его форма оставляет желать лучшего, поэтому ему не удастся играть с отдачей, как хотелось бы. Впрочем, он, безусловно, сможет находиться среди играющих, что, насколько понимает доктор, имеет огромное значение для Роя и для его публики. (Интерес к этому вопросу столь велик, сказал он, что он разрешил сообщить об этом прессе.) Общественное мнение вынудило его весьма неохотно пойти на это, хотя, по его взвешенному мнению, идеальным было бы отдохнуть несколько дольше, прежде чем вернуться к своей, хм, нормальной деятельности. Кто-то объяснил доктору, что отчасти бейсболисты — то же, что и солдаты, а поскольку ему известно, что реакция тела на исполнение долга иногда приносит такие же хорошие результаты, как уход и медикаменты, он согласился разрешить Рою сыграть.