Читаем Самооборона полностью

— У нас есть бортовое оружие? — осведомился я, не особо надеясь на положительный ответ. Вид у экраноплана, при всем стремительном изяществе его спортивных контуров, был сугубо гражданский. Бывает, конечно, что в тех же подпольных мастерских навешивают пушки и на гражданские машины — но подобная кустарщина, изначально не предусмотренная конструкцией, редко работает хорошо.

— Только эмпер, — не обманула моих ожиданий она. — Когда он подойдет поближе, попробуем. Но если это действительно военный гироджет, вряд ли поможет.

— Угу, — буркнул я. Излучатель электромагнитного импульса — это, конечно, лучше, чем ничего. Обычной машине он бы напрочь выжег всю электронику. Однако военные хорошо экранированы от таких сюрпризов. Даже на вихревые токи, индуцированные в лопастях, надеяться не приходиться — ибо лопасти, конечно, не металлические, а из непроводящих композитов. М-да, взялись за меня серьезно, ничего не скажешь. Частным лицам не так-то просто раздобыть армейскую боевую машину. Впрочем, что только в наше время не сделают за деньги… однако стоит ли один-единственный человек, мирно загорающий в плавках на пляже, таких усилий?

И действительно ли те, кто на меня охотится — частные лица?

— Тебе не кажется, что пора уже кое-что объяснить? — произнес я вслух.

— Кажется, — охотно откликнулась она. — Как тебе удалось остаться в живых?

— Ты появилась удивительно вовремя, — усмехнулся я. — Кстати, я еще не сказал тебе спасибо. Но все-таки…

— Нет, — перебила она, недовольно качнув головой, — я прибыла слишком поздно. Когда я увидела, что он бьет ракетами, то думала — всё… Но если бы они с этого начали, у тебя не было бы ни шанса.

Да уж, по загорающей в шезлонге цели пулей еще можно промазать, но ракетой вряд ли. Особенно такой, которая разнесла мой дом.

— Они начали со снайперской винтовки, — подтвердил я. — Стреляли наверняка с «умного» штатива, позволяющего захватить и удерживать цель с борта летящей в полумиле от нее машины… но все же это явно была винтовка в салоне, а не бортовое оружие самой машины.

— Как думаешь, почему?

— Ракета денег стоит, — пожал плечами я. — Куда больших, чем пуля. Опять же, взрывы видно со спутников, а тут все тихо-мирно…

— Возможно. Или это была небоевая пуля.

— Небоевая? — после всех стремительных событий последних минут я все еще туго соображал.

— Ампула с психотропами. Скорее всего — подавитель воли. Потом бы тебе просто позвонили и попросили отключить защиту.

— Не вышло бы, — довольно ухмыльнулся я. — Я не отвечаю на звонки. Вот уже два года как меня совершенно не интересует, что там творится во внешнем мире. Да и мной, по правде говоря, никто не интересуется…

— Как видишь, заинтересовались. Да и потом, разные есть способы. Например, тебе стало бы сильно жарко. И очень захотелось бы искупаться, причем не в лагуне, а в открытом море, где вода попрохладнее. Ну а оттуда, за пределами защитного периметра, выловить тебя уже никаких проблем…

— То есть я нужен им живым.

— Похоже, да. На какое-то время, конечно. И вряд ли это время было бы для тебя комфортным.

Я несколько секунд размышлял над этой идеей. Да, похоже на то. И мой дом, и мой самолет разнесли до того, как я туда добрался. В те мгновения я решил, что мои враги просто поторопились. Но если их целью действительно было не убить меня, а лишь лишить возможности прятаться или бежать…

— Значит, нас не будут взрывать ракетами, — сделал вывод я.

— Последний цент я бы на это не поставила, — возразила она. — Кто знает, какие у них инструкции на случай, если тебя не удастся взять живым. Но, полагаю, с тяжелой артиллерией будут тянуть до последнего.

— Первая хорошая новость.

— Есть и плохая. Я уже дважды активировала эмпер.

Не требовалось переспрашивать, с каким результатом. Я не хуже нее видел, что, несмотря на работу двигателя экраноплана в форсированном режиме (красный индикатор раздраженно мигал, предупреждая о перегреве), гироджет продолжает уверенно догонять нас. Нас уже разделяло немногим больше тысячи футов по прямой, даже с учетом того, что преследователь летел на высоте около шестисот футов, мы же, как экраноплану и положено, неслись над самой водой. Вообще это завораживающее ощущение — мчаться на околозвуковой скорости всего в семи футах над морем. Старая добрая поговорка про семь футов под килем на новый лад… Отдельные волны различить на такой скорости невозможно, море кажется гладкой, глянцево блестящей твердью. Да это и есть твердь — цепани мы сейчас ее крылом, эффект будет не хуже, чем от столкновения с гранитной скалой. Однако поток воздуха, туго отбрасываемый вниз широким брюхом и крыльями экраноплана, выдавливает в этой глянцевой глади канаву, тянущуюся за нами, словно кометный хвост. Этот след, кстати, хорошо заметен со спутников…

— Что будем делать? — сумрачно осведомился я. — С такого расстояния нас лазером…