Читаем Самое сильное (СИ) полностью

Оказалось, что через неделю после того, как все семеро, включая Булку, покинули замок, предварительно обшарив сокровищницы и кладовые барона, послушница и тамплиер достигли-таки обители.

С остальными они расстались ещё раньше, как только купили лошадей в соседней деревне, приоделись и наняли необходимых им слуг. К тому моменту слухи о проклятом замке уже пошли гулять по округе, приобретая совсем уж дикие подробности. Конечно, все спасшиеся предпочли помалкивать о случившемся, как из осторожности так и из приличия. Барон Жеро был законным владельцем этих земель, наследников у него не было и очень скоро за обладание замком и прилегающими к нему землями и деревушками должна была разгореться нешуточная война. Впрочем, как метко пошутил сэр Лондерик, ещё неизвестно, за что бы претенденты бились – за обладание замком, или наоборот, за то, чтоб никогда его не видеть. Уж очень страшно смотрелся Паэнгард даже при свете дня, а ночью о том, чтоб пробраться туда, не хотелось и думать.

Останки чудовищ, кои нашлись в башнях и коридорах, они похоронили, но многочисленные лужи крови не желали подсыхать, а трупы обглоданных животных, которых ещё не успели сожрать упыри, разлагались, испуская жуткую вонь и миазмы.

В обители святого Кондратия их встретили с недоумением. Доминика была послушницей в женской обители святой Ирменгильды, откуда ее отпустили без лишних церемоний. Слухи о том, что в замке барона не Макона случилось ужасное убийство, исчезновение отца Варфоломея и необходимость назначить нового настоятеля занимали все свободное время жителей обители, а ведь его и так не было особо много.

Храмовника без возражений допустили в библиотеку, где он не нашел ничего особенного о амулете.

“Возможно, что отец Варфоломей все же добрался сюда?” спрашивал он себя, направляясь к женскому монастырю .

- Господин, глядите! – позвал его Джослин. Он был уже совсем здоров и ехал на крепкой дорожной лошади позади Сен Клера.

- Что там, Джослин? – тамплиер упорно высматривал Доминику впереди.

Дикий лай прервал его занятие. Булка рванулся вперёд, злобно рыча на какого-то человека в потрёпанной сутане. Человечек отбивался от пса палкой, в пылу драки капюшон свалился с его головы и глазам присутствующих предстал священник, собственной похудевший и грязной персоной.

- Отец Варфоломей? Я же сказал вам, чтоб вы даже не приближались к стенам обители! – храмовник прямо-таки восхитился наглостью священника.

- А вам-то какая печаль, сын мой? – окрысился тот – Вы ведь и сами духовное лицо, должны понимать, что без святых текстов никакой уважающий себя священник жить не может.

- Не те тексты вы почитаете святыми, отец мой. – задумчиво ответил ему Сен Клер, спешиваясь. – К тому же, я очень щепетильно отношусь к своей репутации. Я вам при свидетелях сказал, отец Варфоломей, что повешу вас на самой удобной для этого ёлке. Выбирайте же, не задерживайтесь!

Кто знает, чем окончилась бы эта беседа, если бы в этот самый момент на дорожке не появилась бы Доминика. Конечно, она ехала верхом в сопровождении служанки и нового слуги Сен Клера, Гуго. Конечно же, ей было строго-настрого наказано быть внимательной.

Конечно же, при виде тамплиера бывшая послушница соскользнула со спокойной кобылки Ромашки и побежала к тамплиеру, не видя никого и ничего.

Священник в этот раз оказался проворнее песика. Он невозможным прыжком оказался позади ничего не понимающей девушки и схватил ее за горло левой рукой, правой приставив лезвие короткого, но острого ножа к ее виску.

Все это произошло столь стремительно, что никто не успел и пошевельнуться.

Храмовник только и мог, что угрожающе поднять меч, но священник только жестоко усмехнулся, показав редкие и темные зубы. “Видимо, лесные коренья были не слишком мягкими и питательными” помимо воли подумал Сен Клер.

- Назад, сын мой, если хотите увидеть эту девчонку живой и здоровой! – прошипел он и тамплиеру ничего не оставалась, как сделать шаг назад.

Неизвестно, чего хотел отец Варфоломей потребовать от Сен Клера, и зачем ему понадобилось брать девушку в заложницы. Впрочем, это перестало быть важным в следующий миг.

Длинная, фута в три, стрела пропела в воздухе и воткнулась старику в затылок. Он моментально упал, выпустив девушку. Та едва не сомлела, увидев острие, вышедшее из головы священника и почти касающееся ее собственной.

Храмовник подхватил Доминику и кинул внимательный взгляд туда, откуда прилетела стрела. Очень скоро он увидел то, на что рассчитывал. Фигура, одетая в темно-зеленый кафтан, отсалютовала ему и исчезла в тени деревьев.

- Что ж, – пробормотал он, обнимая испуганную девушку, – Хамон не подвёл.

- О чем вы, господин? – спросил его подъехавший Джослин.

Бывший шут, а ныне сэр де Монсо пообещал мне сообщить лесным разбойникам об обстоятельствах гибели Валентайна. Поехали отсюда, любовь моя, – он помог девушке сесть на кобылу. – в этих лесах нам нечего бояться.

Из нахлынувших воспоминаний Мабель вывели лишь слова супруга, жаждавшего узнать, о чем ещё написано в письме.