Читаем Same as Ever: A Guide to What Never Changes полностью

В этот период произошло несколько событий, на которые стоит обратить внимание, поскольку они объясняют, почему все произошло именно так, как произошло.

Возьмем автомобили. 1920-е годы стали эрой автомобилей. Число автомобилей на дорогах Америки выросло с одного миллиона в 1912 году до двадцати девяти миллионов к 1929 году.

Но дороги - это совсем другая история. В 1920-е годы автомобили продавались быстрее, чем строились дороги.

Ситуация изменилась в 1930-х годах, когда дорожное строительство под эгидой Администрации общественных работ "Нового курса" приобрело стремительный размах.

Расходы на строительство дорог выросли с 2% ВВП в 1920 г. до более чем 6% в 1933 г. (против менее 1% в настоящее время). О том, как быстро начинались проекты, рассказывает Департамент автомобильного транспорта:

5 августа 1933 г. в штате Юта началось строительство первой автомагистрали в рамках этого закона. К августу 1934 года было завершено строительство 16 330 миль новых дорог.

То, как это сказалось на производительности труда, трудно переоценить. Пенсильванский турникет, например, сократил время в пути между Питтсбургом и Харрисбургом на 70 %. Мост "Золотые ворота", построенный в 1933 году, открыл округ Марин, куда раньше из Сан-Франциско можно было добраться только на пароме.

Если умножить подобные скачки на всю страну, то 1930-е годы станут десятилетием расцвета транспорта в США. Это было последнее звено, которое сделало вековую железнодорожную сеть по-настоящему эффективной, создав сервис "последней мили", соединивший весь мир.

В 1930-е годы также наблюдался рост электрификации, особенно в сельских районах Америки, оставшихся в стороне от электрификации городов в 1920-е годы.

Администрация по электрификации сельских районов (Rural Electrification Administration, REA), созданная в рамках "Нового курса", обеспечила электроэнергией фермерские хозяйства, что, возможно, стало единственным позитивным событием десятилетия в регионах, подвергшихся экономическому разорению. Число домов в сельских районах Америки, оснащенных электричеством, выросло с менее чем 10% в 1935 году до почти 50% к 1945 году.

Трудно представить, но совсем недавно - в период нашей жизни и жизни наших бабушек и дедушек - значительная часть Америки была в буквальном смысле темной. Франклин Рузвельт в своей речи по поводу РЭА сказал:

Электричество перестало быть роскошью. Это определенная необходимость. . . . В наших домах оно служит не только для освещения, но и может стать добровольным слугой семьи в бесчисленных отношениях. Оно может облегчить тяжкий труд домохозяйки и снять тяжелое бремя с плеч трудолюбивого фермера.

Появление электричества - стиральных машин, пылесосов и холодильников - позволило высвободить часы домашнего труда, что способствовало росту женской рабочей силы. Эта тенденция длилась более полувека и является ключевым фактором как экономического роста ХХ века, так и гендерного равенства.

Еще один всплеск производительности в 1930-е годы произошел благодаря обычным людям, вынужденным в силу необходимости искать более выгодные решения.

Первый супермаркет открылся в 1930 году. Традиционный способ покупки продуктов заключался в том, чтобы пройти от мясника, который обслуживал вас за прилавком, до булочной, которая обслуживала вас за прилавком, до продуктового киоска, который принимал ваш заказ. Объединить все под одной крышей и заставить покупателей самим выбирать продукты с полок - это был способ заставить экономику продажи продуктов работать в то время, когда четверть населения страны была безработной.

В 1930-х годах после падения продаж индивидуальных стиральных машин были изобретены прачечные, которые рекламировали себя как пункты проката стиральных машин.

Заводы всех типов смотрели на упавшие продажи и спрашивали: "Что мы должны сделать, чтобы выжить?". Ответ часто заключался в том, чтобы построить такой сборочный конвейер, который Генри Форд представил миру в предыдущем десятилетии.

В 1920-е годы часовая выработка на заводах выросла на 21%. "В период депрессии 1930-1940 годов, когда многие заводы были закрыты или работали неполный рабочий день, - писал Фредерик Льюис Аллен, - и на них оказывалось сильное давление в целях повышения эффективности и экономии, - она выросла на удивительную величину - 41%".

"Травма Великой депрессии не замедлила работу американской изобретательской машины", - пишет экономист Роберт Гордон. "Наоборот, темпы инноваций возросли".

Движущей силой развития знаний в 30-е годы стало то, что все больше молодых людей оставались в школе, потому что им нечем было заняться. Во время Депрессии уровень окончания средней школы резко возрос и не повторялся вплоть до 1960-х годов.

Все это - лучшие заводы, новые идеи, образованные рабочие - стало жизненно важным в 1941 году, когда Америка вступила в войну и стала локомотивом производства союзников.

Большой вопрос, мог ли технический скачок 1930-х годов произойти без разрушительных последствий депрессии.

И я думаю, что ответ - нет, по крайней мере, не в том объеме, в котором это произошло.