Полина сказала, что гулять не пойдет. Открыла коробку, где кукольный домик картонный, склеила камин и балкон. А остальное не получилось. Одной неинтересно. Дед Толя спал, бабушка гладила и телевизор смотрела, сказала, что ей некогда.

– Ты Ленку свою Песочникову позови! Вместе поиграете, я оладий нажарю!

Это была самая гениальная бабушкина мысль на свете. Мега-супер-ультрагениальная!

Полина старалась радоваться шепотом, потому что дедушка отдыхает. И прыгать на цыпочках. Но все равно Бесу на хвост наступила, получилось громко. Бабушка начала шипеть шепотом – она до Ленкиной мамы как раз дозвонилась:

– А ну тихо оба! Спасибо, спасибо огромное! И вас тоже! Да, и обязательно здоровья! Ну это само собой, деньги лишними не будут никогда. Вы бы Леночку к нам отпустили поиграть? У Полинки домик какой-то сборный, Дед Мороз принес.

– Дед Мороз мне Зайцу принес, а домик папа подарил!

Но баб Тоня локтем в воздухе махнула, потому что перебивать невежливо. И губы как-то так сделала, тоже вроде улыбка, но другая…

– Ах, вот оно что! И как там сейчас? Как водичка-то? Во-дич-ка! Как море, говорю? Слушайте, вы же, наверное, в роуминге, говорить неудобно? Спасибо. Вы тоже звоните, пожалуйста, мы всегда будем рады. А когда возвращаетесь? Ну счастливого вам отдыха! И еще раз с Новым годом!

Полина поняла, что Ленка к ней сейчас не придет. Но бабушка еще вдобавок рассказала, что Песочниковы в Африку на Новый год уехали. Там тридцать градусов жары, и можно купаться! Или просто в босоножках и шортиках ходить!

В окне видно, как через длинную лужу едет мусорная машина, а в бывшем сугробе сразу три елки стоят. Одна совсем в мишуре и очень зеленая.

– Баб Тонь, а мы когда в Африку поедем? Я в ней ни разу не была!

Бабушка утюг из розетки дернула и сказала про рака, который на горе свистнет. Про Нелькину свадьбу, Стаськино поступление и что за дедушкину операцию надо много денег доплатить. В общем, Полине до Африки добраться… Ну как до Африки пешком!

Она еще одну стену у кукольного дома склеила, но там все криво вышло. И скучно, хотя Полина придумала, будто дом вместе с Толиком клеит.

Можно сколько угодно про Толика придумывать, но, когда Полине было нужно, чтобы сверху стенку прижали, а потом ножницами провели на сгибе, ей пришлось все самой делать, потому и не получилось ничего. В общем, с выдуманным другом иногда бывает тоже сложно играть! И когда баб Тоня велела взять Беса и на улицу с ним выйти, Полина решила, что туда одна пойдет. Безо всяких там друзей дурацких воображаемых.

Заколдованное имя

– Толик! Иди сюда!

Полина оглядывается. Во дворе никого нет. Только она с Бесом, дворник Али-Баба и женщина в красной куртке со своей маленькой собакой. У собаки тоже красная куртка и еще красный бант на челке. Такую кукольную собаку никак не могут звать настоящим, немного волшебным именем «Толик»!

Бес буксует лапами на краю дорожки, хочет утащить Полину в те кусты, где хлебные корки для птиц кладут. Полина не шевелится, хотя руке с поводком неудобно. Она ждет.

Надо прислушаться как следует, разобрать все звуки двора, навести в них порядок – будто в школьном рюкзаке. Вот ребеночек в коляске плачет, вот трансформаторная будка гудит… Машины ездят, сигнализация воет, на первом этаже телевизор из форточки слышно, а непонятно где, музыка играет. Взрослое и глупое, про вечную любовь.

Просто мир, в нем нет ничего интересного. По крайней мере, для Полины. Это глупый Бес может радоваться, если он доберется до оставленного птичкам хлеба.

Дом в двенадцать этажей, еще один такой же дом, помойка в зеленом загончике, забор стадиона и кусок школы. Ну еще качели на детской площадке. Смотришь и знаешь, что будет дальше: с Бесом до конца дорожки, потом к бабушке в нижнюю квартиру, а там суп с фрикадельками, бррр! Мама сегодня поздно заберет Полину домой, а если ночью приснится плохой сон, то Нелю не разбудишь, она ведь уже уехала!

А больше у Полины никого нет.

– Тебя нет! Я тебя придумала… – шепчет Полина и смотрит справа от себя. Там грязный пятнистый снег и обломанная елка.

Бес скулит и очень сильно просится в кусты. У него сквозь намордник слюни капают.

Полина дергает поводком:

– Ну что ты от меня хочешь, глупая собака?

У Беса хвост бьется, как антенна на ветру.

– Уйди! Надоел! – Она разжимает ладонь, коричневая петелька поводка соскальзывает с перчатки. С птичьего куста срываются воробьи – брызжут во все стороны.

– Бес!

А вдруг он потеряется и убежит? Полина ведь его никуда не отпускала!

– Бес!

Он рычит и отбегает от Полины, а она проваливается в снег.

– Бес!

– Толик! – кричит женский голос за Полининой спиной. И еще раз: – Толик! Толик!