— Нет, — сказал Ломтев. — Его использовали для нанесения coup de grâce при поединке вождей. И победитель получал всю силу проигравшего.

— Получается, что вы получили всю силу императора?

— По идее, я должен был бы ее получить, — сказал Ломтев. — Но в тот момент, когда я наносил этот удар, мое тело было уже мертво, и все сработало не так, как было задумано ацтеками. Впоследствии, когда мы пытались восстановить картину происходящего, мы исходили из теории, что я получил слишком много силы, и ее избыток позвонил моему разуму не раствориться в великом ничто загробного мира, а просто впасть в спячку, или консервацию, или что-то вроде того. Сила всегда ищет выхода в реальный мир, но, и это тоже только наша теория, долгое время она не могла обнаружить подходящего носителя.

Ломтев замолчал, предлагая Нику самому сделать выводы.

Сделать их было несложно.

— А потом родился я, — сказал Ник.

— Потом родился ты, — согласился Ломтев.

— Почему же вы не воспользовались своим вторым шансом? — спросил Ник.

— Это убило бы тебя, — сказал Ломтев.

— И какая вам разница?

— Ты — мой внук, — сказал Ломтев. — Единственный сын моей единственной дочери. Кто я такой, чтобы лишать тебя твоего будущего, каким бы оно ни было?

— Вот так просто? — не поверил Ник.

— Важные вещи всегда просты, — сказал Ломтев. — Сложно, как правило, становится уже когда решения приняты и тебе приходится принимать последствия. Как бы там ни было, твое тело, или твой мозг, или все это вместе, не было готово для того, чтобы принять всю мою мощь, и стало пристанищем только для моего сознания. Сила должна была прийти позже, в аристократических семействах это случается в подростковом возрасте, в диапазоне от тринадцати до пятнадцати лет, и мы с твоими родителями решили, что не должны этого допустить.

— Как они отреагировали, когда узнали?

— Как нормальные люди, — сказал Ломтев. — Они были в шоке и ужасе, и боялись тебя потерять. Тогда твой отец нашел артефактора, и после операции я снова погрузился в сон.

— А потом китайцы вас разбудили, — сказал Ник. — Если бы они знали…

— Если бы они знали, я полагаю, они не стали бы этого делать, — сказал Ломтев. — Но этот случай уникален, и им просто неоткуда было знать.

— И мои родители…

— Мы должны их найти, — сказал Ломтев. — Прошло двадцать лет, возможно, они больше узнали обо всех этих механизмах. Возможно, они смогут предложить решение.

— Возможно, они просто смогут вставить эту штуку обратно? — спросил Ник.

— Не исключаю такого варианта, — сказал Ломтев. — Но на твоем месте я бы на это сильно не рассчитывал.

— Вы не хотите уходить?

— Я стар, я устал, я с радостью уйду с твоей дороги, если это поможет. Но артефакт был предназначен для того, чтобы не дать моей силе пробудиться, — сказал Ломтев. — А теперь она снова здесь, снова со мной, и я сомневаюсь, что эта железка сможет загнать ее обратно. Но в любом случае, в полевых условиях такие операции не делаются, и нам нужно найти твоих родителей. Но, буду честен, я понятия не имею, как это сделать и где они сейчас могут быть.

— Кажется, у меня есть одна идея, — сказал Ник. — Вы знаете Кларка? Джона Кларка?

— Нет, — сказал Ломтев.

— Это наемник, и теперь я думаю, что его прислал мой отец, — сказал Ник. — Он дал мне номер телефона, по которому нужно будет позвонить, когда я выберусь из Австралии.

— Что ж, это уже похоже на план, — сказал Ломтев, вставая с камня и отряхивая джинсы, словно они были настоящими. — Пойдем.

Глава 11

— И куда мы пойдем? — спросил Ник.

— Для начала, на ферму к твоим приемным родителям, — сказал Ломтев.

— Зачем? — спросил Ник. — И разве это не опасно?

— Сейчас для тебя все опасно, — сказал Ломтев. — Так уж получилось.

— А для них?

— Полагаю, если все сделать быстро, им ничего не будет угрожать, — сказал Ломтев.

— Что сделать? Зачем нам вообще туда идти?

— Давай я задам тебе пару наводящих вопроса, — сказал Ломтев. — У тебя есть деньги?

— Нет.

— А связи в мире контрабандистов?

— Нет, — сказал Ник. — Я вообще не уверен, что у нас тут были какие-то контрабандисты, кроме китайских, а они вряд ли захотят нам… мне помочь.

— Их желание помочь кому-бы то ни было зависит от первого пункта, — сказал Ломтев.

— Э…

— От денег.

— Вы же говорили, что никогда не были в Австралии, и понятия не имеете, как тут что, — напомнил Ник.

— Но я знаю людей, — сказал Ломтев. — Люди не меняются.

— Хорошо, — сказал Ник. — Допустим. И куда нам идти?

Ломтев пожал плечами.

— Хотя бы, где мы сейчас?

— Я не знаю, — сказал Ломтев. — Где-то подальше от той военной базы.

— И как мне сориентироваться?

— По Солнцу? — предположил Ломтев.

— О боги, — простонал Ник.

Он примерно сориентировался по сторонам света, потом попытался вспомнить, как выглядит карта, и где, по отношению к Форт-Джексону, находится ферма его родителей. Однако, с учетом того, что он понятия не имел, где сейчас находится, погрешность его измерений была… колоссальной.

Он замер в нерешительности. Как люди вообще жили до появления навигаторов и онлайн-карт?

— Я уверен, что если начать двигаться, ты найдешь какой-нибудь ориентир, — сказал Ломтев.