– Было! – кивнула Кира. Подойдя к двери, она осторожно выглянула в коридор и обернулась: – Сегодня утром следователь рассказал мне все и попросил пока ни с кем на эту тему не болтать. Я сразу спросила, можно ли рассказать вам, только вам? Он сказал: «Да, если это будет так уж необходимо». А я считаю, вы должны все знать, раз помогаете мне!

И, приблизившись к женщине почти вплотную, понизив голос до шепота, Кира выдохнула в ухо Елене несколько слов, от которых та оцепенела. Оцепенела в буквальном смысле, потому что в течение первой минуты не могла пошевелиться, повторяя про себя услышанное, недоумевая, как это может быть правдой?! Потому что Кира сказала следующее:

– Отца никто не убивал, он умер от сердечного приступа. Его ударили ножом в грудь уже после и голову отрезали потом.

Глава 14

Они ушли не прощаясь, единодушно сочтя церемонии лишними. За плотно прикрытыми дверями столовой продолжал гудеть пылесос. Рука, водившая им, действовала так ожесточенно, будто стремилась искоренить не пыль и грязь, въевшиеся в ковер, а своих врагов и недостойных наследников. Кира качнула головой, закрывая за собой тяжелую дверь квартиры:

– Вот в этом она вся! Гори дом, падай потолок – у нее будет чисто, душисто, благородно. На душе ведь кошки скребут, да какое скребут – дерутся! Не посадят меня в тюрьму, теперь она это знает, и квартир ей не видать как своих ушей. Однако слышите – вылизывает… Потом скажет, что для меня старалась, а благодарности не получила!

– Как вы думаете, она… – Елена не решилась договорить. Женщина все еще была подавлена услышанной новостью. Как ни странно, то, что смерть профессора оказалась естественной, напугало ее еще больше.

– Причастна ли тетка к тому, что сделали с отцом? – нахмурилась Кира, нажимая кнопку вызова лифта. – Можно только гадать. Еще неизвестно, в чем признается… Михаил.

Елена отметила про себя, что, если девушке и случалось называть обоих мужчин отцами, она все же старалась не делать этого подряд, будто боясь обидеть одного и незаслуженно наградить другого.

– Интересно, а он знал об этой двери?

Вопрос вырвался у Елены невольно, когда они уже вошли в лифт, и Кира посмотрела на свою спутницу озадаченно:

– Да кто бы ему сказал?! Зачем?!

– Просто я вдруг вспомнила… В день похорон он как-то очень внезапно появился в спальне. За минуту до того там никого не было! Меня это тогда очень удивило…

– Видели, сколько вещей в шкафу? – напомнила Кира. – За минуту их не разгребешь и обратно не сложишь!

– В тот день их там могло не быть, – стояла на своем Елена. – Почему вы считаете, что Михаил не в курсе? Это вы не интересовались ремонтом, после почти не бывали у себя на квартире, а вот он, видимо, очень активно во все вникал!

– Как подумаю, что придется снова встречаться со следователем, становится нехорошо, – после паузы проговорила Кира. – А позвонить ему надо. Дверь, подумать только! Это же все объясняет! Он просто упадет, когда мы подкинем ему такой подарок!

– Упадет, – согласилась Елена, вспоминая последний разговор с Журбиным по телефону.

«Фактов на руках все больше, а смысла во всем этом я вижу все меньше. – Она, как наяву, услышала его утомленный голос, выходя вслед за Кирой из подъезда и пересекая двор. – В последний момент все ускользает, в руки не дается…»

– Значит, ваш отец умер сам… Но кто-то ведь был с ним рядом в этот момент! Тот, кто совершил надругательство над телом! – Она достала брелок сигнализации и отперла машину. – После он перетащил тело в соседнюю квартиру, замыл все следы крови, унес и спрятал голову, чтобы потом подкинуть ее вам! Кто это мог быть, по-вашему?!

– Напрасно ломаете голову! – Открыв заднюю дверцу, Кира с усилием впихнула на сиденье два объемистых пакета, набитых книгами и дисками. – Кто это – Михаил, тетка, третье лицо, о котором ничего неизвестно… Все только догадки. Знаете, что сказал мне на прощание следователь? «Я вас отпускаю, поскольку у нас на руках уже не убийство, и только поэтому. А факты по-прежнему все против вас. Пока не выяснится фокус с отрезанной головой, вы проходите по делу главной подозреваемой!»

Сев за руль, Елена повернула ключ в замке зажигания. Устроившись рядом, Кира достала из кармана куртки гребешок и принялась яростно раздирать спутанные длинные локоны, морщась и охая, когда зубья хватали очередной узелок.

– Ведь это выяснилось на другой же день, утром, при вскрытии, что смерть наступила от естественных причин. Следователь показал мне заключение судмедэкспертизы, и даже я, хотя ничего в этом не понимаю, сразу сообразила, что отец умер без постороннего вмешательства.

– Почему же следователь умолчал об этом?! – вне себя от возмущения воскликнула Елена. – Столько дней морочил всем голову, рассуждал о «самом громком убийстве» в своей практике!

– Он надеялся, что преступник себя выдаст! – пояснила Кира, зажмуриваясь и делая резкое движение гребешком. Тихо вскрикнув от боли, девушка тут же открыла глаза и пожаловалась: – Все эти дни не расчесывалась, посмотрите, на что я похожа! Может, остричься? Надоели мне эти волосы!