Читаем Саломея полностью

– Кажется, в подъезде той ночью была какая-то вечеринка, – поспешно вставила свое замечание Елена. Рассказ Киры о шумах в подъезде оживил в ее памяти разговор трех соседок, подслушанный ею в день убийства. Она, как сейчас, слышала недовольный голос дамы в красном пальто: «Этот Саша со второго этажа… Вечно у него гулянки по ночам! Вот, хотя бы сегодня!»

– Вы-то откуда знаете? – все еще не слишком любезно обратился к ней Журбин.

– Случайная информация. – Елена выдержала его взгляд, повторяя про себя, что бояться ей нечего. – Познакомилась с женщиной из того подъезда, она мне пожаловалась. Гуляет, кстати, милиционер, ваш коллега.

– Вы это с таким упреком произносите, будто я с ним на пару выпиваю! – поморщился Журбин. – На каком этаже милиционер проживает, тоже знаете?

– На втором, – вмешалась заметно оживившаяся Кира. – Его зовут Саша. Правда, он любит пошуметь, но на что тут особо жаловаться, не понимаю? Это кто возмущался – тетя Нина? Я уверена, что она. Ей всегда больше всех нужно.

– Нет, кажется, ее зовут иначе, – качнула головой Елена. – Дама с маленькой собачкой, в красном пальто….

– Алина Викторовна, значит.

– И Татьяна Семеновна тоже слышала шум гулянки, а ведь она живет прямо под вами. – Гордясь своей осведомленностью, продолжала женщина. – Значит, и вы слышали то же самое.

– Наверное. В моей квартире вообще странная слышимость, – задумчиво проговорила Кира, вновь останавливая взгляд на какой-то точке в пространстве. – Иногда гробовая тишина стоит, будто во всем доме нет ни души, и вдруг – так ясно! – слышатся какие-то голоса, шаги, непонятно откуда, с какой стороны… Прямо жутко бывает. Я еще и поэтому не люблю там жить.

– Я у вас была как раз, когда было очень тихо, – призналась Елена. – Даже позавидовала!

– Завидовать нечему, – вздохнула Кира. – И вообще, в этой квартире мне всегда лезут в голову грустные мысли. О маме, об отце, о том, какая странная у меня семья… Была, – еще больше помрачнев, поправилась она. – Теперь не осталось никого.

– А как же ваш настоящий отец? – осторожно спросила Елена. – Знаете, он бы очень хотел вас поддержать, но думает, что вы его оттолкнете.

– Ну его… – Девушка разом ощетинилась, вздернув худые плечи, на которых куртка болталась, как на вешалке. – Я знаю, чего бы он очень хотел, и так на себя злюсь, что едва ему на руку не сыграла!

– Вы о чем? – насторожилась женщина.

– Да о квартире! Точнее, уже о двух квартирах, я ведь единственная наследница! А если бы мне удалось умереть?! – И, засучив рукава куртки, она предъявила Елене запястья, заклеенные широким пластырем. – Ведь Михаил – мой официальный отец, а значит, наследник! Я год назад сдуру переменила свидетельство о рождении, надоело жить с прочерком вместо отца, да и… Царю Ироду хотелось насолить!

Журбин громко откашлялся и с осуждающим видом покачал головой. Елене стало жарко от волнения, и она срывающимся голосом заметила:

– Хотя вы его так и обзываете, все равно считаете настоящим отцом. Зачем это хулиганство?

– Называю, как хочу! – желчно ответила девушка, отворачиваясь к окну и натягивая рукава красной куртки до кончиков пальцев. В этот момент она, как никогда, была похожа на едва оформившегося подростка, озлобленного на весь мир и терзаемого сотней внутренних демонов. – И нечего мне скрывать, понятно? Если я знаю, что не убивала его, какая разница, как я его обзывала?!

– Браво, барышня! – неожиданно воскликнул Журбин, поднимаясь из-за столика и сгребая с него бумаги. – Я все ждал, когда в вас проснется здоровая злость и вы закончить грызть себя, а заодно и меня. Ведь в этой истории есть виновный, и вы своим самоубийством правда могли преподнести ему хорошенький подарочек. Думаю, он даже и не рассчитывал на такой бонус! На мертвую все можно списать, косвенно вы как бы покаялись… И дело закрыто. А убийца на свободе.

Подойдя к письменному столу, он с размаху бросил на него папки и закончил:

– К тому же, как вы прозорливо заметили, Михаил Шапошников, ваш официальный родитель, мог бы унаследовать после вас немалый куш! При отсутствии завещания, как я полагаю, и других прямых наследников по восходящей и нисходящей линии?

– Я только вчера, в больнице, это сообразила и так перепугалась! – Кира глубоко вздохнула, закрывая лицо ладонями. И тут же отняла их, положив на колени, неосознанным жестом ребенка, который изо всех сил пытается вести себя примерно. – Что же теперь делать?

– А ведь, в сущности, все очень просто. – Журбин бесцеремонным жестом согнал Елену со своего места, и та покорно уступила кресло, пересев за столик у двери. – Стоит только вдуматься в некоторые подробности, и многое становится понятным.

«Только не мне! – подумала Елена, с удивлением рассматривая довольное лицо следователя. – Чему он вдруг так обрадовался?»

– Ведь охота, милейшая Кира Михайловна, с самого начала шла не на покойного профессора, мир его праху, а на вас!

– Как это?! – почти в один голос воскликнули обе женщины.