Читаем Саламандра полностью

Все эти последние события заставили меня глубоко задуматься. Если верить словам наемницы Эммы (и мне почему-то кажется, что врать тому, кого собираешься после разговора отправить к предкам по меньшей мере глупо), мое обручальное кольцо понадобилось именно Верховному Жрецу. Вопрос на засыпку — зачем? Если в нем действительно таится какая-то волшебная сила, то не проще было бы его просто выкрасть, а так — и себя подставил, и меня чуть не убил. Где смысл? Еще и кровожадная паукообразная богиня Ллот тут каким-то боком замешана. А не связано ли как-то освобождение эльфырей и мое кольцо? Все происходит уж очень близко по времени. И вообще, откуда это кольцо взялось? Где Полоз его взял?

— А вот и я, — радостно выплыл из ванной раскрасневшийся и довольный до безобразия мальчишка, отвлекая меня от бесплодных попыток найти хоть один правильный ответ. — Не скажу, что это то, чего я так ждал, но…

Он потряс крылышками, стряхивая с них лишнюю воду, и принялся вытирать тонким полотенцем длинные ушки. Со стороны зрелище было очень комичным. Ухо оттопыривалось в сторону, почти под прямым углом к голове, помещалось между двумя слоями ткани и осторожно растиралось. Я не выдержала и фыркнула.

— И что такого смешного ты нашла на этот раз? — подозрительно сощурился Мираб и даже отвлекся от своего важного занятия.

— Твои уши, — честно призналась я. — Первый раз вижу, чтобы им уделяли столько внимания. Ты продолжай, продолжай, не отвлекайся.

— И ничего я не…

Конец возмущенной фразы оборвал стук распахнувшейся настежь двери, и в комнату с жутким грохотом впал, нагло распластавшись на полу, здоровенный мужик в состоянии убийственного алкогольного опьянения. От неожиданности и беспримерной наглости я застыла верхом на табуретке, Мираб — стоя с наклоненной набок головой, одним оттопыренным ухом и красиво расправленными маленькими крылышками. Пока мы хлопали глазами и пребывали в шоке, мужик начал приподниматься, и его затуманенный взгляд по закону подлости сразу наткнулся на эльфыреныша.

— Эт-то кто?! — трясущимся пальцем ткнул в мальчишку верзила, судорожно хватая ртом воздух.

Мираб взвизгнул, предательски обнажив при этом клыки, и с быстротой молнии метнулся обратно в ванную.

— Что — это? — недоуменно переспросила я, стараясь сохранять хотя бы видимость спокойствия. Если эта пьянь нерасторопная сейчас поднимет крик — нам хана! Положение нужно было срочно спасать.

— Эльф-фырь?!

— Где?! — Я испуганно заозиралась по сторонам.

— Т-ты м-ня не пут-тай! — погрозил мужик пальцем, с трудом сфокусировав взгляд на мне. — Я вс-се видел!

— Знаете что, милейший! — Я поднялась с табуретки и направилась к нему, скрестив руки на груди. — Вы врываетесь ко мне в комнату, вышибаете дверь, лежите у меня на полу, да еще и хотите, чтобы я вместе с вами страдала галлюцинациями?

— Н-но я в-видел…

— Не знаю, что вам тут примерещилось, а вот я вижу, что мне придется позвать мужа, — раздраженно перебила я. — Вы потом ему будете доказывать не то, где, кого и когда видели, а с какими целями ломились в мою комнату.

— Д-да я это… д-дверью ош-шибс-си… — Мужик пьяный-пьяный, но перед лицом реальной опасности в лице пусть пока и эфемерного, но мужа заметно струхнул и, с трудом приняв вертикальное положение, вцепился в дверной косяк, который с хрустом обломился, заставив мужика выпасть теперь уже в коридор. Если ему такой способ перемещения больше нравится, пожалуйста, я не против. Дверь только жалко.

— И все-т-таки видел… — донеслось до меня уже с лестницы. — Эльфырь…

Я быстро захлопнула остатки двери и рванула в ванную. Дрожащий от страха Мираб забился под огромную лохань и лежал там, пытаясь изображать из себя кучку мусора.

— Быстро одевайся, надо сматываться, пока не притопал кто-нибудь потрезвее!

Я за штаны вытащила упирающегося мальчишку наружу. Его лицо и руки были перепачканы вековой пылью, на ушах висела паутина, а одежда безнадежно промокла. И был смысл вообще мыться?

Удирали мы через окно, как самые настоящие жулики. Весть о таинственных глюках сильно выпившего любителя ошибаться дверьми пока еще не успела приобрести широкую огласку, поэтому нам в очередной раз повезло. Оставаться в городе после всего случившегося было более чем опасно, и мы в спешном порядке его покинули, решив не испытывать судьбу, которая и так редко бывает милосердной.

До деревни под названием Кормель, где я так рассчитывала напасть на след кольца, мы добрались уже в полной темноте. Во многих домах свет не горел, вяло гавкали дворовые собаки, и только в трактире, где еще продолжала бурлить жизнь, окна были ярко освещены. Именно по этому признаку и удалось определить: это то, что нам нужно.