Читаем Сахар полностью

– М-да… Аналогично. И стабильно в одно-два очка не заходит. Устал уже немного от всего этого, – на вздохе договорил Георгий. – Устала душа.

– И я устал. Скоро вот зарплату даже какую-то обещают выдать на руки, вот хоть немного отведу души. Не могу я с мелочью всякой возиться, морально – это очень тяжело.

– Понимаю. Так что у вас с Ингой?

– Да нихрена. Не знаю я. Ничего, наверное… Читаю ей лекции, не персональные, но всё-таки лекции. Почти каждое утро целых полтора часа без передышки слушает и записывает всё, что я скажу. В конце пары передаёт мне список отсутствующих и уходит, равнодушно сохраняя нейтралитет.

– А ты что думаешь?

– Что за вопросы у тебя такие? Ничего я не думаю. Осваиваюсь в этом клоповнике пока что. Режим выживания. Всё, Георгий, давай, в общем. Пока…

– Изволишь шутить? Или?

– Мне не до шуток, если ты не понял ещё…

–А что так?.. Соответственно, нет настроения?..

Да пошёл ты в задницу, соответственно. Я бросил телефон на рабочий стол и залпом допил своё пиво. Настроение было одиноким и поганым, я принял решение сегодня не принимать душ, свернулся калачом и сердито уснул.

Через шесть часть часов мне снова было необходимо встать к первой паре.

%%%

– Лекция окончена, на вопросы я не отвечаю, все свободны… Можете делать, что хотите и с кем хотите! Мне искренне всё равно! До скорого, ребятня!

Время летело торнадообразно, это была моя пятая (или шестая?) лекция для этой аудитории, и третья неделя для этого города, так что я уже спокойно позволял себе подобные заявления.

Особых развлечений в городке не было. Здесь необходимо было пить и курить. Вообще, если кто-то не пьёт или не курит, то я считаю этого человека априори в чём-то ненормальным и подозрительным. У таких обычно в багаже куча инородных проблем с психикой. Ну, невозможно в этом дрянном сарайчике без первого и второго. Компот бы ещё в придачу…

После лекции меня невероятным образом настиг Герман Петрович и снова пригласил к себе в кабинет.

Мы по-прежнему беседовали о рутине преподавания, попутно делясь друг с другом какими-то совершенно несвязными историями.

– Платили бы ещё за это дело, как полается!

– Ага, – скромно кивал я.

Погода всё ещё оставалась хреновой: холодной и влажной, крепкая сигарета слегка приукрашала путь до общаги, а толпы моих ровесников заполняли свободное пространство снаружи.

Моя джинсовая куртка не всегда даже успевала просыхать за мою пару-тройку лекций, но неприязнь к слегка мокрой одежде пропадала всегда быстро.

– Леонид Аркадьевич… – окликнул меня сзади знакомый голос.

Ох, ужас, как это дерьмово звучит. Даже из уст Инги Кемеровой, которая довольно ловко поджидала меня на улице.

– Эм, да? Что-то хотели спросить? – и тут я включил режим настоящего преподавателя.

У меня аж спина неприятно вспотела от элемента неожиданности и неверия в такой сценарий.

– Да, хотела, если честно. Я вообще считаю, что наша программа слишком урезана и скучна, мне хотелось бы узнать математику со всех её прекрасных сторон. Мне очень импонирует Ваш стиль преподавания, сразу видно, что вы отлично разбираетесь в материале, группа всегда с интересом слушает Ваши лекции, а самое главное, что они неплохо осваивают материал. Поверьте, Леонид Аркадьевич… Знаете, мы вчера всей группой ходили в бар и предмет Вашей личности стал для нас чуть ли не ключевой темой вечера… Понимаете, я сама всегда хотела преподавать. Вы – отличный пример для подражания, думаю, что Вам есть что рассказать и научить, – Инга говорила чётко и размеренно, без единого колебания в голосе, а её свежее дыхание перешивалось с колким воздухом и нокаутом ударяло мне прямо в нос.

Красиво говорит. Однозначно. Но… Я? Хорошо преподаю? Да я делаю это только ради того, что меня никто не трогал и как можно скорее восстановили в моём Западном Федеральном…

– Спасибо, конечно, большое, Инга… Если хочешь, то давай пообщаемся тогда на днях. Только математика лучше всего заходит после небольшой вечерней прогулки, понимаешь?

Она рассмеялась, неужели я так смешно говорю, когда хочу сказать что-то серьёзное?

– Хорошо, сегодня вечером мы можем пересечься? – на удивление самому себе, предложил я.

– Да, – и я записал её номер телефон. – Кофейка попьём, и всякое такое… Понимаешь?

– Что, Леонид Аркадьевич? – действительно не расслышала Инга.

Так-так! Никаких дурацких «понимаешь»!

– Да нет… Ничего. До вечера!

– До вечера! – и она снова искромётно мне улыбнулась. – И ещё раз: спасибо Вам.

Сказать, что я в шоке – не сказать ничего. Эй, мадемуазель жизнь, это в честь чего мне такой подарочек? Или это так, чисто в учебных целях, во благо науки, может?

В любом случае, на душе стало до невозможности легко, я снова закурил и продолжил путь в сторону общежития.

%%%

Я довольно оперативно принял душ, прибрался в комнате и уселся в размышлениях на старую незаправленную кровать.