Читаем Саддам Хусейн полностью

На прагматическом уровне сфабрикованный заговор позволил новому президенту одновременно достичь нескольких целей. Саддам разжег в своих подданных ксенофобическую ярость против «злодейских сил империализма и сионизма», и ему действительно удалось сплотить вокруг себя широкие массы иракцев. Он недвусмысленно предупредил возможных «заговорщиков» и ненадежные слои иракского общества, особенно курдов и шиитов, что не потерпит никаких «предательских действий» или контактов с «иностранными элементами». Впутав Сирию в мнимый «заговор», ему удалось прекратить бесперспективные переговоры об иракско-сирийском объединении и таким образом публично унизить своего заклятого врага Хафеза Асада. Сирийский министр иностранных дел Абдель Халим Хаддам разъезжал между Дамаском и Багдадом с посланиями от Асада, доказывающими непричастность Сирии к заговору и подчеркивая, что «заговор не в интересах Сирии». Но, как выразился лондонский еженедельник «Обсервер», Хусейн выиграл очередной раунд.

Наконец, что не менее важно, ему удалось полностью вовлечь всю партию Баас, а особенно СРК, в свою политику. Не только он судил и казнил «заговорщиков». Это был коллективный акт, совершенный на глазах всей нации. Никто не мог уйти от ответственности. Эта ответственность была особенно заметна в случае с Наимом Хаддадом. Он был шиитом, и его положение во главе особого суда должно было удостоверять, что казнь двух самых выдающихся шиитов в администрации Баас, Машхади и Хамдани, во время возрастающего беспокойства шиитов, не будет истолкована в контексте борьбы между сообществами. В то же время ключевая позиция Хаддада в суде определенно настроила против него многих в его сообществе, увеличив, таким образом, его зависимость от своего повелителя.

И хотя в своей речи 8 августа Саддам яростно отрицал сообщения западной прессы относительно повсеместных арестов в Ираке, вскоре стало очевидно, что чистки коснулись отнюдь не только 55 подсудимых, столь продуманно выделенных Саддамом, но продолжались еще долго после рокового июля. Они были нацелены сколько столько на устранение непосредственных угроз, но гарантировали полное подчинение партии ее новому хозяину. В соответствии с этим сотни членов партии и армейских офицеров были вычищены, а многие казнены, включая генерал-майора Валида Махмуда Сейрата, командующего одним из трех иракских корпусов. В августе 1979 года заместитель генерального секретаря Национального управления Баас Муниф аль-Раззаз был арестован, и весной 1980 года, вслед за слухами еще об одном мнимом «заговоре», сообщили о дальнейших казнях. Как и в случае с аль-Самарраи, Саддам воспользовался случаем, чтобы свести старые счеты. В апреле 1980 года старый друг Саддама, который превратился в жертву, Абдель Керим аль-Шейхли, отстраненный от должности еще в 1971 году, был застрелен в Багдаде. Другой баасист в отставке, Саад Абдель Баки аль-Хадити, лишенный членства в СРК и РУ в 1974 году, был убит в Багдаде через два месяца. Саддам укреплял свою президентскую власть тотальным террором, и эту политику он проводит до сегодняшнего дня. Никакое инакомыслие не было незначительным или ничтожным в глазах Саддама. Оно приравнивалось к мятежу, требующему возмездия и полного искоренения. В Ираке могла быть только одна власть, а именно — власть Саддама.

Чистки сопровождались организационными изменениями, направленными на дальнейшее укрепление рычагов управления. В тот день, когда Хусейн пришел к власти, он сразу же слил несколько министерств, заменил восемь министров и создал пост первого заместителя премьера и пять постов заместителей премьера. Важнейшую новую нишу занял Таха Ясин Рамадан, а остальные были отданы двоюродному брату Саддама и министру обороны Аднану Хейраллаху Тульфаху и четырем близким доверенным лицам — Наиму Хаддаду, Тарику Азизу, Саадуну Гайдану и злополучному Аднану Хусейну аль-Хамдани. Другой родственник Саддама, Саадун Шакир, стал министром внутренних дел, сменив Из-зата Ибрагима аль-Дури, вновь назначенного заместителем председателя СРК. Чтобы продвинуть проправительственных элементов внутри курдского сообщества, Саддам назначил нескольких, курдских деятелей на высшие партийные посты.