Читаем Саддам Хусейн полностью

Что заставило Каззара укусить руку, которая так щедро его кормила? Очевидно, знакомая комбинация в иракской политике: ненависть, страх и честолюбие. Все знали, что Каззар был настроен против господства суннитов в Баас и особенно против привилегированного положения уроженцев Тикрита. Как ни удивительно, он открыто выражал свое недовольство по этому поводу, и говорили даже, что поклялся «стереть Тикрит с карты Ирака». В обычных обстоятельствах такая откровенность могла бы стоить Каззару его поста или даже жизни, но так как он оказался незаменимым в политических планах своего хозяина, Саддам не придирался к поведению подчиненного. Однако с чем он не мог примириться, так это с чрезмерной концентрацией власти в руках Каззара, особенно учитывая его ненависть к тикритянам. Поскольку Каззар усиленно строил свою личную империю в рамках аппарата безопасности, он рассудил, что столкновение с Саддамом на определенной стадии неизбежно. Не давая своему патрону возможности выбрать время и метод такого столкновения, он решил опередить его, сделав первый шаг. В этом смысле он воспользовался обычной конфронтационной тактикой Саддама.

Каззар планировал убить Бакра в аэропорту Багдада, когда тот возвращался после государственного визита в Польшу. Решающий удар был назначен на 4 часа дня 30 июня 1973 года. Чтобы гарантировать успех своего заговора, Каззар задержал министра обороны Шихаба и министра внутренних дел Гайдана. Таким образом, он надеялся не только нейтрализовать военных и полицейских, но и обеспечить себя ценными заложниками для любых переговоров с правительством. К несчастью для Каззара, самолет Бакра задержали на четыре часа, из-за этого «ударный батальон», ожидавший президента в аэропорту, решил, что заговор раскрыт, и в панике рассредоточился, ничего не сказав своему руководителю. Тем временем, с Шихабом и Гайданом, брошенными в подвал, Каззар смотрел телевизор и увидел, что Бакр благополучно прибыл. Каззар понял, что заговор провалился. Взяв с собой заложников, он приготовился лететь в Иран. В послании Бакру он пригрозил, что убьет заложников, если ему не предоставят свободный доступ в Иран, и предложил встретиться с президентом, чтобы обсудить разногласия.

Но не такое было у Каззара положение, чтобы диктовать условия – Бакр и слышать не хотел о переговорах. Вместо этого он дал строгий приказ армии и воздушным силам поймать беглеца живым или мертвым до того, как он пересечет иранскую границу. Саддам Хусейн быстро вызвался руководить операцией захвата, и вскоре после этого он мог с гордостью отрапортовать о выполнении своего задания: Каззара перехватили самолеты и вертолеты, он был схвачен, но не раньше, чем он убил Шихаба и ранил Гайдана. Потрясенный Гайдан позже рассказывал, что ему удалось остаться в живых только потому, что он лежал под телом Шихаба и притворился мертвым.

Месть режима была быстрой и решительной. 7 июля был созван особый суд, руководимый Из-затом Ибрагимом аль-Дури, членом СРК, чтобы судить Каззара и его сообщников. Были казнены восемь служащих безопасности, включая Каззара, и 13 армейских офицеров. На следующий день под суд были отданы еще 46 человек, включая аль-Самарраи, и 14 из них были приговорены к смерти.

Нетрудно понять желание Саддама сыграть ключевую роль в захвате Каззара. Попытка переворота, которая сорвалась только благодаря силам свыше, не только обнаружила преступную халатность со стороны Саддама, но и вызвала всеобщий конфуз его могущественного аппарата безопасности. В Багдаде даже ходили слухи, что за заговором стоял он сам. Следовательно, ему, во что бы то ни стало, было нужно реабилитировать себя перед своим начальством, партией и широкой общественностью. Он полностью добился своей цели смертоносной эффективностью операции захвата. Более того, Саддаму удалось сделать невозможное и превратить это крайне невыгодное событие в способ устранить своего старого соперника Абдель Халила аль-Самарраи.

Когда Каззар решил вступить в переговоры с Бакром до его суда, он предложил встретиться в доме Самарраи. Для Саддама это был дар небес. Это дало ему возможность отвести внимание от своей собственной халатности по предотвращению заговора, предав суду Самарраи за то, что он не передал информацию о заговоре в более высокие инстанции. Несмотря на то, что Самарраи яростно отвергал это обвинение, его признали виновным в измене и приговорили к смертной казни. Несомненно, Саддам с удовольствием расстрелял бы его вместе с заговорщиками, но вопиющее отсутствие доказательств против Самарраи и энергичное заступничество Мишеля Афляка заставило заместителя председателя пусть и неохотно, но оставить Самарраи в живых.