Читаем «Сад» растёт сам?.. полностью

«Бедные люди могут иметь нравственные правила (т.е. смиренно жить в соответствии с их социальным статусом: — наш комментарий при цитировании), но не должны иметь воли (чтобы не вступать в конфликт с системой; а по сути — не должны даже мечтать стать человеками, поскольку человек — это воля, а состоявшемуся человеку место в обществе библейским проектом не отведено[285]: наше замечание при цитировании). Первое спасает их от преступлений, а второе — от несчастий» (В.О.Ключевский. Сочинения в 9 томах. Москва, «Мысль», 1990 г., т. 9, “Афоризмы и мысли об истории”, стр. 369).

Воплощение этого идеала в жизнь вполне укладывается в поучение апостола Павла: «Рабы, повинуйтесь господам…». И хотя холопство получило на Руси довольно широкое распространение, поскольку общественные институты работают на его воспроизводство, этот идеал не удаётся «привить» народу на протяжении более, чем 1 000 лет. Как следствие этого — В.О.Ключевский констатирует неэффективность холопского единоличного труда, привязывая свою оценку к эпохе крепостного права:

«Крепостной труд — ежеминутный саботаж — работа, низведённая до допустимого законом минимума» (В.О.Ключевский. Сочинения в 9 томах. Москва, «Мысль», 1990 г., т. 9, “Дневники и дневниковые записи”, стр. 360).

И он же дополняет её характеристикой системы общественного объедения труда, сложившейся в толпо-“элитаризме” России:

«В России нет средних талантов, простых мастеров, а есть одинокие гении и миллионы никуда не годных людей. Гении ничего не могут сделать, потому что не имеют подмастерьев, а с миллионами ничего нельзя сделать, потому что у них нет мастеров. Первые бесполезны потому, что их слишком мало; вторые беспомощны потому, что их слишком много» (В.О.Ключевский. Сочинения в 9 томах. Москва, «Мысль», 1990 г., т. 9, “Афоризмы и мысли об истории”, стр. 373).

Благодаря этому мечта смердяковых прошлого, настоящего и будущего, не осуществима: Русь не может войти в состав библейской цивилизации, поскольку для этого требуется «среднее звено» — управленческий корпус — правящая “элита”, которая хотя сама «звёзд с неба и не хватает», но всё же, во-первых, достаточно образована, профессионально состоятельна (прежде всего в сфере управления, и на макроуровне — в особенности) и, во-вторых, не изолирована от многомиллионного простонародья в “элитарной” субкультуре[286], что и позволяет “элите” в большинстве зарубежных государств руководить жизнью общества.[287]

Причина этого в том, что простонародье — не только холопы (вплоть до власовцев и бендеровцев), чья нравственность и психики покалечены культурой толпо-“элитаризма”, но и множество людей, которые стоят на позиции «минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь»[288].

Они не приемлют “элитариев” в качестве “элиты”, однако терпимо относятся к её существованию и проводимой ею политике. Они осознают пределы, за которыми они утрачивают дееспособность, т.е. последствия их действий становятся непредсказуемыми и потому опасными.

Т.е. они, хотя и могут иногда вспоминать «русское авось…», однако не считают «авось и небось» нормой повседневной жизни, и их надо очень, очень дожать обстоятельствами, чтобы они, положившись на «авось», начали действовать вне освоенной ими области какого ни на есть их профессионализма. И от других, в том числе и от “элиты”, они ожидают такого же отношения к жизни общества, поскольку для них в этом и здравый смысл, и этическая норма.

 И потому в межкризисные периоды толпо-“элитаризма” они занимаются своими делами и не рвутся в сферу управления. Они не бунтуют и не устремлены к тому, чтобы развязать гражданскую войну, поскольку это помешало бы жизни их семей ещё больше, чем “элита” и её правление, порочность которого они осознают в большей или меньшей мере.[289]

Эта их несклонность к бунту и создаёт обманчивое впечатление, что они — такие же холопы, как и смердяковы, которые тоже не бунтуют, но по причине безволия.

Они живут так называемой «обычной жизнью», многие составляющие которой объективно необходимы и неизбежны при жизни общества в преемственности поколений под властью любой концепции управления: надо строить семьи, растить детей, а для этого — соучаствовать в хозяйственной деятельности общества — соответственно возможностям (открываемым управлением макроуровня) и соответственно собственным способностям реализовать те или иные возможности.