– Никакого алкоголя, – он довольно кивнул. – Предусмотрительно. Это хорошо.

Я рассмеялась, когда поняла, что Костя переживал куда больше за алкоголь в моей крови, чем за то, что я могла окрасить все стены отеля красным.

– Папа, – продолжая нервно посмеиваться, начала я, – ты же знаешь, мне совершенно не интересно ни пиво, ни что-либо еще. Весь алкоголь на вкус как растворитель.

– И когда это ты успела попробовать весь на свете алкоголь и тем более растворитель, чтобы сделать такие выводы?

– Окей. – Я закатила глаза и отметила про себя, что быть душным – дело семейное. – Весь алкоголь из того, что вы давали мне с мамой попробовать, не произвел впечатления.

– Да ну? То есть на выпускном ты пить ничего не будешь, даже если одноклассники предложат?

Я потупилась.

– Так ведь алкоголя не будет.

Отец приподнял бровь и с интересом посмотрел на меня, будто ждал какого-то продолжения. В какой-то момент пауза стала некомфортной, и я развела руками.

– Что?

– Алкоголя не будет? – с усмешкой спросил он. – Никакого? На выпускном?

– Ну да. Мама же в родительском комитете и при тебе еще дома упомянула об этом.

Костя несколько раз моргнул, точно не веря в услышанное, после чего расхохотался.

– Ага, кхм. – Отец откашлялся и попытался придать лицу менее веселое выражение. – На выпускном не будет алкоголя. И конечно же, никто из одноклассников тайком не протащил его с собой. Конечно, да.

Отец поднес кулак ко рту и принялся откашливаться, продолжая давиться смехом. Конечно, папа наверняка ежегодно видел, чем заканчивается в Ксертони любой выпускной, и прекрасно понимал, что часть учащихся будет праздновать по-своему, но мне скрывать от Кости было нечего. Если у ребят и были планы протащить спиртное в отель, меня в них никто не посвящал.

В заднем кармане завибрировал телефон, и я поспешила посмотреть, от кого сообщение. Читая всплывшее окошко с текстом от Дениса, я пропустила остальные комментарии отца, который никак не мог отпустить тему алкоголя на выпускном.

– Мне пора, – прервала я папу. – Денис уже освободился.

Отец с удивлением посмотрел на меня.

– А он-то что здесь делает?

– Дядя тебе не говорил? – когда папа помотал головой, я продолжила: – Денис с матерью готовят цветочное оформление в зале на выпускной.

– До него же еще неделя. Что они там придумали такого? Цветы же наверняка завянут к самому важному дню.

Я пожала плечами, давая отцу понять, что едва ли знаю больше, чем он сам.

– Вряд ли обойдется без магии, – я опрокинула чемодан на пол и поспешно раскрыла, чтобы достать легинсы для бега, спортивный топ и майку. – Там еще какие-то работы с местным садом. Мама тоже причастна.

– Ясно, – произнес отец и потер ладонью шею, как делал всякий раз последнее время, стоило мне упомянуть о матери. – Ты по-прежнему с ней на ножах?

– Это она со мной на ножах.

– Ася, – протянул папа, – может, хватит уже?

Я пожала плечами. Трудно представить, что должно произойти между мной и Марией, чтобы наши отношения хоть насколько-то потеплели. Та Мария, которая воспитывала меня вместе с бабушкой в Ростове, канула в Лету. На смену ей пришла малоприятная незнакомка. По совместительству – безбашенная ведьма, имеющая не больше представления о морали, чем доктор Владимир.

– Может, и хватит. Не знаю. Время покажет. – Я собрала нужную одежду и направилась в ванную. – Думаю, тебе пора.

Отец шумно втянул ноздрями воздух и медленно выдохнул.

– Ладно, – наконец проговорил он, – это между вами.

Папа застегнул куртку и поравнялся со мной около двери. Именно в это мгновение я увидела позади него Каандора. Черная морда духа почти сливалась с темнотой коридора. Более явно выдавали его присутствие янтарные глаза, что в блеклом свете, казалось, мерцали золотыми частицами.

– Ты же позвонишь, если что-то пойдет не так? – сказал отец, и на лице зверя скользнула леденящая кровь улыбка, напоминающая оскал.

– Конечно, – постаралась я проговорить как можно увереннее, но уже прекрасно знала, что, даже если худшее произойдет, Каандор сделает все, лишь бы я оказалась без помощи.

<p>Глава 3. От тревоги не сбежать, но я рискну</p>

Цвета плыли перед глазами. Чем быстрее я разгонялась, тем причудливее оттенки местного леса сливались в единое изумрудное полотно. Вечерние холодные краски еще не вступили в права целиком, но, должно быть, к моменту, когда мы с Денисом вернемся на территорию отеля, солнце окончательно сядет.

– Давай, – запыхавшись, начал Денис, – помедленнее. Не спринт бежим.

– Отчего же? – я подмигнула отстающему другу и еще ускорилась, хотя стопы от гравия уже гудели, а икры начинало сводить. Я хотела взять от последней тренировки перед временным затишьем максимум. Выжать себя до конца и узнать, где границы моих возможностей. Казалось, еще недавно я еле могла держаться рядом с Денисом во время бега, а теперь с наслаждением понимала, что стала намного выносливее.

Когда показалась главная дорога, ведущая прямиком к нашему корпусу, я заметила узкую лесную тропу сбоку и свернула на нее. Позади послышался стон:

– Ну Ася-я-я-я, – протянул Денис, но я уже была слишком далеко.