Читаем Сад богов полностью

Но комитетчики, видимо, рассудили так же, как моя сестра. Они все набросились на несчастного капрала. Тот, побелев, отбивался и брыкался, но кто-то выхватил у него пистолет и ударил его рукояткой по голове. Все могло закончиться для него совсем печально, но в эту секунду в крепости грянули пушки и поднялись впечатляющие облака дыма, объяснив смысл действий капрала.

Дальше были улыбки и смех, ведь у корфиотов отличное чувство юмора. Один лишь король выглядел задумчивым. Он сел в официальный открытый автомобиль, и тут случилась заминка: по какой-то причине не закрывалась дверца. Ее попытался захлопнуть шофер, потом командовавший солдатами сержант, потом дирижер оркестра и, наконец, проходивший мимо священник – все впустую. Шофер не сдался и, отбежав немного, с размаху пнул ее ногой. Автомобиль зашатался, но дверца так и не захлопнулась. Принесли бечевку, вот только не нашли, к чему ее привязать. Дальнейшая задержка была бы уже непозволительной, поэтому машина отъехала, а сидевший на заднем сиденье секретарь номарха, перегнувшись через борт, одной рукой придерживал упрямую дверцу.

Первую остановку сделали возле храма Святого Спиридона, чтобы король мог отдать дань мумифицированным останкам. В окружении церковных бород он исчез в храмовой полутьме, где сотни горящих свечей напоминали сказочную россыпь первоцвета. День выдался жаркий, и шофер, подустав от поединка со злосчастной дверцей, оставил автомобиль и, никого не предупредив, зашел за угол пропустить рюмочку. Можно ли его винить? Разве мы не поступили бы так же? Вот только он неправильно рассчитал время, необходимое для посещения святого, и когда король вышел из храма в окружении иерархов и сел в автомобиль, отсутствие шофера сразу бросилось в глаза. Как водится на острове в минуты кризиса, виноватыми оказались все вместе и каждый в отдельности. Минут пятнадцать все тыкали друг в друга пальцем и потрясали кулаками, а гонцы всюду разыскивали пропавшего. Никто не знал, какое кафе он решил почтить своим присутствием, но в конце концов его нашли за второй рюмкой узо и, вылив на его голову ушат брани, с позором притащили на рабочее место.

Следующей остановкой стала главная площадь, где королю предстояло увидеть марш военных и оркестров, а также представление скаутов. Спиро, громко бибикая на узких улочках, привез нас на площадь задолго до появления там представительского автомобиля.

– Я очень надеюсь, что дальше все пойдет гладко, – с озабоченным видом сказала мать.

– Они превзошли самих себя, – сказал Ларри. – Я, правда, рассчитывал, что у них случится очередной прокол между портом и церковью, но это уже значит выдавать желаемое за действительное.

– Как знать, – блеснул глазами Теодор. – Не забывайте, это же Корфу. Может, они припасли для нас еще кое-что.

– Хочется думать, что нет, – сказал Кралефский. – Ну и организация! Мне за них стыдно.

– Вряд ли они сумеют еще что-то придумать, Тео, – усомнился Ларри.

– Я не готов… э-э… м-м… биться с вами об заклад, – сказал Теодор.

Как показали дальнейшие события, он был совершенно прав.

Приехал король и поднялся на трибуну. Войска прошли мимо него строевым шагом и более или менее в ногу. В те времена корфианский гарнизон был захолустным и новобранцы редко практиковались, но тут они выступили достойно. Затем прошли оркестры из всех деревень, в мундирах самых разных цветов, с духовыми инструментами, начищенными до такого блеска, что слепило глаза. Играли они не очень стройно и не всегда попадали в ноты, зато брали громкостью и энтузиазмом.

А затем пришел черед скаутов. Мы все принялись аплодировать и подбадривающе кричать, когда полковник Велвит, похожий на издерганного и истощенного ветхозаветного пророка в скаутской форме, вывел свой небольшой отряд на пыльную площадь. Мальчишки отсалютовали королю и, подчиняясь приказу, отданному сдавленным фальцетом, разбежались и сформировали греческий флаг. Тут разразились такие овации вперемежку с восторженным ревом, что их, вероятно, можно было услышать даже в далеких Албанских горах. После коротких гимнастических упражнений скауты подошли к двум белым линиям, изображавшим берега реки. Тут одна половина отряда сбегала за досками, необходимыми для строительства понтонного моста, а другая половина выстроилась в затылок, готовясь к переправе через коварную стремнину. Зрителей настолько увлекла механика происходящего, что они подступали все ближе и ближе к «реке» вместе с полицейскими, которые, по идее, должны были удерживать толпу.