Читаем С.У.П.Е.Р. полностью

– …Не предпринимайте никаких попыток штурма, – продолжал дядя Витя, – либо другого воздействия, направленного на прекращение инициированного мной процесса. Если у меня через тридцать минут не будет возможности добровольно передать команду на отмену, пуск ракет состоится автоматически. Уверяю вас, это никакой не блеф, мне терять нечего. Даже если я буду невменяем или мертв – пуск ракет все равно состоится. Далее. Дайте четкое распоряжение не трогать моих людей и мои мобильные группы, которые выполняют локальные задачи, только в этом случае мы сможем обойтись без жертв; полагаю, все в этом заинтересованы. Не поднимайте никакой паники среди жителей Города, пусть все идет как обычно. Все службы, поднятые по тревоге, в связи с перебоями в работе системы СУПЕР должны занять выжидательную позицию, уже совсем скоро они получат новые распоряжения от моих людей…

Иван Иванович говорил что-то еще, но слова уже не отпечатывались в сознании Бориса. Оно, его сознание, плыло в мир загадочных фантазий, дрейфовало в теплом течении на тающей льдине. Он пытался сосредоточиться на символах, вспыхивающих на маленьком техническом мониторе, но уже мало что понимал. Весь мир сжался в эти минуты для него под купол Рубки. Ему сейчас казалось, что ничего больше не существует. Даже если они выйдут когда-нибудь отсюда, за этими покатыми стенами не окажется ровным счетом ничего: пустое прозрачное пространство, в котором, словно по издевке мироздания, будет вращаться он, Боря, как космонавт с оторвавшимся соединительным фалом, в невесомости среди звезд.

Пульт едва слышно пикнул, возвращая Громилу к реальности. Запустился последний цикл инициализации.

* * *

Маша звонко чихнула от набившейся в рот пыли.

И тут же почувствовала сковывающую ее боль. Видимо, она ненадолго отключилась, а как только пришла в сознание – все сразу заболело. Саднило лицо, она чувствовала кожей застывшую корку крови, ныли поясница и правая нога, в ушах стоял непрерывный шум.

Мария с трудом пошевелилась, сдерживая стон, осмотрелась и вспомнила все, что с ней произошло.

Ее противники не шевелились. Вокруг валялось огромное количество строительного мусора, кусков стены и полотка с загнутыми арматуринами, все было покрыто толстым слоем то ли пыли, то ли белого пепла.

Маша, задержав дыхание, встала сначала на четвереньки, потом, опираясь на стену и покачнувшись, – на ноги. Шумно выдохнула. Нога хоть и болела, но действовала – связки и кости, видимо, были целы.

Девушка сделала несколько шагов к двери в бункер, сжав зубы, отодвинула навалившуюся на переборку часть плиты.

Схватилась за задвижку и попыталась провернуть. Но сил не хватило. Стальное колесо только обжигало металлом пальцы.

Маша попробовала еще раз, концентрируя в этом движении всю свою оставшуюся энергию.

Ничего. Задвижка не сдвинулась даже на миллиметр.

В отчаянии ей захотелось заплакать. Наверное, она даже и начала плакать, но беззвучно, без слез, просто судорожно широко открывая рот.

Она согнулась и оперлась на стену, пережидая очередной спазм боли. И тут ей на глаза попался обрезанный импульсом загнутый кусок трубы.

Маша подхватила его и с лязгом вставила в задвижку, закрепляя рычаг.

Потом навалилась всем телом. Раздался долгожданный скрежет, и колесо задвижки сдвинулось с места.

Дальше пошло проще. Несомненно, этой дверью пользовались, просто разрушения от выстрела что-то перекосили, поэтому задвижку вначале и заклинило.

Справившись с запором, Маша толкнула дверь и вошла в бункер.

Мельком осмотревшись, она сразу поняла, где находится. Это был командный пункт пусковой шахты.

На контрольных мониторах застыли нацеленные в небо заостренные носы гиперзвуковых ракет.

На центральном дисплее таймер отсчитывал время до пуска.

Яркие цифры на нем только что сменились с 30:00:00 на 29:59:59 и продолжили убывать дальше:…58…57

Загорелось табло: «Готовность – 30 минут», и приятный женский голос продублировал это сообщение вслух.

Маша ощутила подошвами короткий толчок, пол под ногами чуть дрогнул. Глянув на другой монитор, она поняла, в чем дело. Створки пусковой шахты на поверхности пришли в движение, раскрываясь и разъезжаясь в стороны, видимо, сама шахта была совсем рядом.

Мария положила руки на пульт в поисках прерывателя. Управление было допотопным – какие-то большие клавиши, рычажки, – девушка лихорадочно шарила руками, отщелкивая защитные колпачки на кнопках. Посреди, на самом большом табло, горел обратный отсчет, цифры сменялись, вызывая тревогу, которая давила невидимым грузом. Суметь! Успеть! Не опоздать!

Маша свозь боль – а болело все! – продолжала упорно разбираться в управлении. Наконец, она нашла прерыватель, дрожащей от бессилия рукой повернула его на 90 градусов.

Цифры на таймере ушли вверх и уменьшились. Теперь на основном табло горела надпись:

ДЛЯ ОТМЕНЫ КОМАНДЫ ВВЕДИТЕ КОДОВОЕ СЛОВО