Читаем С орбиты невмешательства полностью

Мелкий подлец — великолепная ширма для сокрытия его преступления. Даже витусу Телсу, главному по безопасности на станции, далеко не сразу придёт в голову заподозрить в мелком стяжателе нечто другое, более опасное для большой политики. Да, они с Яссуд будут втихую собирать картины, скульптуры и прочую культурную дребедень, а витус Телс будет сидеть у себя в кабинете и посмеиваться над наивными стяжателями. Мелкое воровство, которое официально и воровством-то не является, отлично усыпит его бдительность.

Средство.

А вот над средством ещё нужно подумать. Как именно можно помочь ицонгам? Причём помочь так, чтобы всего один раз, но чтобы помогло с гарантией. Не находя ответа, Нав долго ворочался с боку на бок, пока столь нужное решение окончательно не созрело в его голове.

* * *

— Нав! Нав! Ну просыпайся же!

С утра пораньше, едва маленькие электронные часы на прикроватной тумбочке показали шесть часов, как Яссуд пробралась в спальню и принялась настойчиво тормошить его.

— Подумал? Решил? — Яссуд попыталась сдёрнуть с него одеяло.

— Яссуд, — Нав вцепился в одеяло и попытался натянуть его на себя. — Когда мне было думать? Ты сама только что разбудила меня.

— Неправда! — Яссуд уселась сверху. — Ты ещё вчера вечером всё обдумал.

— А ты откуда знаешь? Под дверью подслушивала?

— Нет, — Яссуд энергично тряхнула головой. — Мне Эл рассказал, как ты половину ночи с боку на бок ворочался.

— Ну раз та-а-ак!

Нав, перехватив Яссуд за талию, повалил её на кровать, навалился на «пленницу» все телом и свободной рукой укрыл её и себя одеялом.

— Но у меня будут дополнительные условия. Во-первых: мы официально поженимся.

— Зачем? — удивилась Яссуд. — А! Ну да — брачный контракт.

— Верно. Во-вторых: для большей надёжности я составлю хитрое завещание, но не на тебя.

— Ты мне не доверяешь? — нахмурилась Яссуд.

— Скажем так, — дипломатично заговорил Нав. — Кто я? Просто бедный парень. А кто ты? Дворянка, илая самого светлейшего князя.

— Откуда ты знаешь? — Яссуд дёрнулась всем телом и попыталась выбраться.

Точно илая, Нав хитро улыбнулся, но так и не отпустил Яссуд.

— Если смешать муку с водой, — неторопливо принялся объяснять Нав, — добавить закваски и немного соли, то получится тесто. А если его потом поставить в горячую печь, то получится хлеб.

— Я не понимаю твоих намёков, говори прямо, — потребовала Яссуд.

— Хорошо, будь по-твоему. Твоё тело, — Нав кончиками пальцем провёл по гладкому и упругому бедру Яссуд, — слишком совершенно. Твоя голова слишком умна. Для простой смертной слишком редкое сочетание. Это я тебе как выходец с низов говорю, мне есть с чем сравнивать. А если ещё добавить твою амбициозность, привычку к роскоши, то получим илаю.

— А как ты узнал, что мой отец сам Шенот?

— Наша станция — отличная тюрьма для строптивой дочери. У кого ещё в княжестве хватит власти и влияния упрятать тебя сюда на 25 лет. За какие грехи, Яссуд?

— Не твоё дело! — Яссуд грубо спихнула Нава в сторону и соскочила с кровати. — Тебе и так крупно повезло, простолюдин. Ты делишь постель с дочерью самого светлейшего князя!

— Цена твоего светлейшего происхождения не больше, чем родословная породистой кобылы, — грубо ответил Нав.

Щёки Яссуд налились кровью.

— Да! Да! Чёрт побери. Ты прав! Прав! — Яссуд в ярости сжала кулачки и тяжело задышала. — С самого раннего детства меня готовили только к одному — рожать породистых детей для мелких баронов и графов. Как же! Внуков самого светлейшего князя. Какие гены. Какая великолепная родословная. А до меня самой никому никакого дела!

Ты бы видел, как пыжились передо мной все эти так называемые наследники. Каждый мнил себя единственно возможным наследником престола. И как они все вместе люто ненавидели меня только за то, что я оказалась умней всех их вместе взятых.

Я затеяла грандиозную финансовую афёру, подробности тебе знать незачем. Кого нужно подмазала, с кем нужно переспала. У большинства эти надутых потомственных бизнесменов мозги между ногами. Даже провал и разоблачение принесли мне кучу денег. Грандиозный скандал в благородном семействе светлейшего едва удалось замять. Папочка предложил мне на выбор: или тюрьма, или контракт на эту долбанную станцию. А когда я выбрала тюрьму, то он положил на мой счёт в княжестве Ситлок 30 миллионов, лишь бы я только оказалась здесь.

От произнесённой на одном дыхании тирады Яссуд раскраснелась с ног до головы. Пять лет молчания в момент рухнули прорванной плотиной. Во истину — никогда не гонитесь за истиной, если не сможете принять её.

— Успокойся, дорогая, — Нав, обняв Яссуд за плечи, присел вместе с ней на краешек кровати.

Яссуд, сделав несколько глубоких вдохов — выдохов, несколько успокоилась.

— Через двадцать лет, — тихо заговорил Нав, — с таким стартовым капиталом ты сможешь организовать строительную фирму. Светлейший князь, я уверен, поможет тебе. Стать родоначальницей новой бизнес-династии — это максимум, на что ты можешь рассчитывать. Но первым наследственным управляющим всё равно будет сын.

— Твой сын?