Я достал из кармана заранее отрубленный кусочек мифрила. Зная общую стоимость слитка, подсказанную мне Тарином, я разрубил его на двадцать частей, предполагая обменять их на деньги, ведь наличных у меня практически не осталось.

При виде мифрила глаза купца расширились и алчно заблестели.

— Где ты достал такое богатство? — быстро спросил он, не отрывая взора от кусочка белого металла. — У тебя есть еще?

— Гномы расплатились этим за охрану каравана, — ответил я.

Купец посмотрел на рукоять меча за моей спиной и спросил:

— Так ты наемник?

— Скорее простой путник, охраняющий по пути тех, кто хорошо платит.

Ротон ухмыльнулся:

— Интересно, что такое ты охранял, если гномы расплатились столь необычным способом.

Я промолчал, давая понять, что тайна нанимателя для меня как своя.

— Хорошо, я беру тебя на борт. — Он протянул руку за мифрилом. — Только я продал еще не весь товар, и тебе придется ждать.

— Это не проблема, — ответил я, делая вид, что не заметил его руки. — У меня тогда будет небольшая просьба к вам.

Купец недоуменно посмотрел на меня и убрал руку.

— Я поживу пока у вас на судне? А еду и все остальное буду покупать в городе.

— Как хочешь, — пожал он плечами. — За такую плату, — он показал на мифрил в моей руке, — можешь жить до отплытия в моей каюте. А металл отдашь, как только отплывем. Согласен?

Мы скрепили договор рукопожатием и поднялись на борт. Там купец дал распоряжения старшему над охраной и показал мне свою каюту. Каюта была довольна просторной для такого небольшого корабля, к тому же чистой и ухоженной.

Покидав свои небольшие пожитки, я вышел на палубу. Неподалеку стоял глава охраны корабля.

— Доброе утро, — сегодня я был образцом вежливости и благожелательности.

— Кому оно доброе, а кому и нет, — ворчливо ответил вояка, внимательно меня осматривая.

— Я могу попросить вас о небольшом одолжении? — сказал я тихо, одновременно со словами, незаметно для всех, протягивая ему десять золотых монет.

Одним движением он сгреб деньги с моей ладони и ответил:

— За такие деньги могу все, кроме убийства нанимателя.

Я улыбнулся, оценив шутку:

— Этого не потребуется. Все, что нужно — это приносить мне еду и питье на борт корабля до его отхода, — я протянул ему остаток денег.

Взяв кошелек, он спросил:

— Кому-то на ухо наступил?

Я кивнул и неопределенно покрутил рукой в воздухе:

— Не то, что на ухо, но легче ему от этого не стало.

Глава охранников весело хмыкнул и уже уважительно произнес:

— Все сделаю в лучшем виде, да еще накажу своим оболтусам, чтобы не распространялись никому о пассажире.

Я начал было благодарить его, но он отмахнулся:

— Пустое. Нам, наемникам, нужно помогать друг другу.

Довольные, мы разошлись в разные стороны.

Целую неделю мы стояли в порту, дожидаясь продажи товара и загрузки припасов для плавания. Все это время я не бездельничал, а читал и запоминал заклинания.

Когда мы прибыли в Эрон, я мог без труда вспомнить все заклинания, кроме трех самых сложных, но дал себе обещание непременно изучить и их. Опыт потери бесценных книг у меня уже был, и повторять подобное мне не хотелось. Когда мы прибыли в порт, пожаловали стражи для досмотра корабля и потребовали предъявить документы. Командир наемников дал ему список своей команды, не забыв включить в него и меня.

«Свои десять золотых он точно отработал», — подумал я, когда досмотрщики не задали ни одного вопроса насчет присутствия на борту корабля вампира.

Когда досмотр закончился и стража ушла, я попрощался с купцом и наемниками и отправился к дому Тарина. Поскольку шел я из гавани, стража пропустила меня во внутренний замок, стоило только показать часть старого пропуска.

Тарина я дома не застал. По словам управляющего, он уехал с очередным клиентом на осмотр места для будущего замка. Правда, предусмотрительный хозяин оставил ясные указания на случай моего появления, гласившие, что в его отсутствие я могу пользоваться домом и слугами, как мне будет угодно. Поблагодарив, я предупредил управляющего, что пробуду в доме только до утра, затем уйду. Управляющий поклонился и ушел отдавать необходимые распоряжения.

Утром, когда я позавтракал, мои вещи, которые я оставил Тарину на хранение, ждали меня, аккуратно сложенные рядом с сумкой. Открыв шкатулку, я еще раз взглянул на шедевр мастера гномов — сверкающую диадему. Полюбовавшись на переливы бриллиантов, я упаковал шкатулку в сумку, поверх мифриловых слитков. Выйдя в холл, я встретил выстроившихся девушек и управляющего, провожавших меня. Попрощавшись с ними и поблагодарив, я отправился в путь домой.

Глава 4

Дела хозяйские