Читаем Рынок удобных животных полностью

В США, как и во многих других странах, питомцев заводят ради компании. По оценке Американской ассоциации производителей товаров для домашних животных, в 2016 году в США число собак и кошек достигло 180 миллионов146. В этот период 45% американцев жили без детей и всего 33% – без питомцев147. В основном за счет миллениалов и центениалов (или «поколения зумеров»148) этот процент уменьшается с каждым годом, а число людей, готовых содержать двух и более питомцев, растет, как и их расходы: в 2021 году американцы потратили на домашних животных 123,6 миллиарда долларов – на 20 миллиардов больше, чем в предыдущем году149. Как и индейцы Амазонии, жители США считают питомцев своими близкими: в 2015 году 95% американцев заявили, что относятся к животным-компаньонам как к членам семьи, 45% опрошенных покупают им подарки на день рождения, а 31% респондентов время от времени готовят еду специально для своих животных150. В последние два десятилетия происходит смена мотивов, побуждающих людей приобретать питомцев: если раньше трудоспособные взрослые заводили кошек и собак в качестве компаньонов для детей или перед их появлением (для тренировки), то сегодня животных все чаще приобретают вместо. Во многом это обусловлено тем, что прежде стигматизированные модели романтического партнерства становятся социально приемлемыми. Все больше миллениалов предпочитают жить в одиночестве либо поддерживать свободные отношения с партнерами, откладывая создание семьи на потом. Многие выбирают жизнь в коммунах по интересам. Все больше пар, в том числе состоящих в браке, выбирают непродуктивный секс.

В свете этих тенденций домашние животные в США приобретают неофициальный статус компаньонов бездетности. В 2017 году социолог Андреа Лорен-Томпсон провела серию глубинных интервью с женщинами, которые сознательно откладывают рождение детей или хотят остаться бездетными до конца жизни. Результаты ее исследования показали, что животные-компаньоны воспринимаются как альтернатива детям, так как полностью удовлетворяют потребность в проявлении материнской заботы. При этом уход за ними стоит сравнительно меньше и позволяет вести привычный образ жизни151 – работать в офисе, ходить на свидания и встречи с друзьями по вечерам без необходимости вызывать няню. Согласно гипотезе Лорен-Томпсон, отношение к животным-компаньонам как к «почти людям», обладающим мышлением и эмоциями, укрепляет привязанность к ним. Это обстоятельство побудило ее причислить питомцев к числу факторов, способствующих сокращению рождаемости, наряду с изобретением контрацепции и доступом женщин к университетскому образованию. На фоне кредитного кризиса жизнь с компаньонами бездетности получила экономическое обоснование: в своей статье для Forbes персональный финансовый консультант, автор книги о разорившихся миллениалах Эрин Лоури подчеркивает, что содержание кошек и собак позволяет сэкономить на детях, что немаловажно во времена финансовой нестабильности152. Похожие аргументы приводят авторы статей для BBC, Reuters, USA Today и других изданий153 – постепенно вслед за США представление о животных-компаньонах как более удобной и дешевой альтернативе детям и внукам становится нормой глобальной культуры.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Павел I
Павел I

Император Павел I — фигура трагическая и оклеветанная; недаром его называли Русским Гамлетом. Этот Самодержец давно должен занять достойное место на страницах истории Отечества, где его имя все еще затушевано различными бездоказательными тенденциозными измышлениями. Исторический портрет Павла I необходимо воссоздать в первозданной подлинности, без всякого идеологического налета. Его правление, бурное и яркое, являлось важной вехой истории России, и трудно усомниться в том, что если бы не трагические события 11–12 марта 1801 года, то история нашей страны развивалась бы во многом совершенно иначе.

Александр Николаевич Боханов , Евгений Петрович Карнович , Казимир Феликсович Валишевский , Алексей Михайлович Песков , Всеволод Владимирович Крестовский , Алексей Песков

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Учебная и научная литература / Образование и наука / Документальное
Перелом
Перелом

Как относиться к меняющейся на глазах реальности? Даже если эти изменения не чья-то воля (злая или добрая – неважно!), а закономерное течение истории? Людям, попавшим под колесницу этой самой истории, от этого не легче. Происходит крушение привычного, устоявшегося уклада, и никому вокруг еще не известно, что смена общественного строя неизбежна. Им просто приходится уворачиваться от «обломков».Трудно и бесполезно винить в этом саму историю или богов, тем более, что всегда находится кто-то ближе – тот, кто имеет власть. Потому что власть – это, прежде всего, ответственность. Но кроме того – всегда соблазн. И претендентов на нее мало не бывает. А время перемен, когда все шатко и неопределенно, становится и временем обострения борьбы за эту самую власть, когда неизбежно вспыхивают бунты. Отсидеться в «хате с краю» не получится, тем более это не получится у людей с оружием – у воинов, которые могут как погубить всех вокруг, так и спасти. Главное – не ошибиться с выбором стороны.

Виктория Самойловна Токарева , Михаил Евсеевич Окунь , Ирина Грекова , Дик Френсис , Елена Феникс

Попаданцы / Современная проза / Учебная и научная литература / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия