Читаем Рыночные силы полностью

Дома никого. Ему было хорошо знакомо это ощущение пустоты, которое сейчас наполняло дом. На кухонном столе он нашел записку, где найти продукты на завтрак, в какие службы такси обратиться и как выставить сигнализацию перед уходом. Внизу Лиз подписала: «Не пропадай».

Крис поспешил покинуть ее дом.

Аппетит отсутствовал. Крис не был уверен, что сумеет удержать себя в руках и не начнет копаться в ее вещах, а то и хуже – что не останется ждать ее возвращения. Он включил сигнализацию, которая тут же завопила, громче и громче с каждым разом, выставив его за дверь.

Крис оказался на идущей вверх улице, обсаженной деревьями. У обочины через определенные промежутки были припаркованы несколько элитных авто и один квадроцикл, а в конце, там, где дорога изгибалась параболой, хозяин выгуливал немецкую овчарку. Больше никого. Район довольно милый.

Крис всего несколько раз до этого бывал в Хайгейте – на вечеринках с выпивкой и наркотиками, которые устраивали менеджеры ХМ, и потому плохо знал район. Погода стояла мягкая, на небе – ни облачка.

Крис предпочел отправиться вниз по склону.

«Сааб» подскочил на плохо залатанной дырке в асфальте. Крис вернулся в настоящий момент. Воспоминания о Хайгейте отступили, словно удаляясь в зеркале заднего вида.

– Карла. – Он протянул руку, преодолевая разделявшее их пространство. Провел по ее щеке тыльной стороной пальцев. – Ну, извини. Я не хотел ничего плохого сказать о твоей маме. Просто пошутил.

– Ха, блин.

Крис подавил острую вспышку гнева.

– Карла, нужно остановиться. Мы всего полчаса вместе, а уже ссоримся. Это убивает нас.

– Нас убиваешь ты.

Она умолкла, и Крис подумал: что такого она решила не высказывать, как и он сам несколько минут назад?

«Неужели все так и должно быть? – мрачно думал он. – Неужели это единственный способ сохранить отношения после многих лет? Скрывать, что думаешь, прятать чувства, возводить стены тишины, ведь молчание не ранит. Неужели на этом все?

И ради этого я отказался от Лиз?»

Лиз, которая ждала его, в белом шелковом халатике, пропитанном ее запахом.

– Останови, Карла.

– Что?

– Остановись. Съедь на обочину. Вон там. Пожалуйста.

Она бросила на него взгляд и, видимо, прочла чувства, отразившиеся на лице. «Сааб» замедлился, пересек полосы. Карла сменила передачу и сбросила скорость ниже ста. Они выехали на аварийную полосу и с хрустом затормозили.

Карла развернулась на сиденье и посмотрела на супруга.

– Ну, хорошо.

– Карла, послушай. – Он положил руки ей на плечи и пытался нащупать, что хочет сказать. – Прошу тебя, больше не уезжай так внезапно. Как в этот раз. Мне тебя не хватало. Очень. Ты нужна мне, а когда тебя нет рядом, я… в общем, я очень скучаю. И делаю всякие глупости.

У нее округлились глаза.

– Глупости вроде?

Нет, твою мать, он не смог ей рассказать. Не сумел.

Он уже собирался, даже начал – с вечеринки у Троя Морриса – и дошел до Лиз и ее предложения написать книгу о нем, но в итоге не нашел сил, а когда Карла поняла, что за этим стоит гораздо больше, и начала давить на него, ушел от темы и стал рассказывать о зонах и о том, что они с Майком Брайантом сделали с Гриффом Диксоном и его дружками.

От его истории Карла побледнела.

– Не может быть, – прошептала она. – Вы, они не могли, – она постепенно перешла почти на крик: – Нельзя творить такие вещи. Это незаконно.

– Скажи об этом Майку. Нет, знаешь, скажи об этом всей гребаной «Шорн», раз ты начала.

И тут Криса прорвало – он рассказал обо всем, что последовало за тем утром: о контракте КЭСА, полной жопе с Лопесом и Лэнгли, трупах в Медельине, попытке быстро зарыть факты, Панаме и Барранко, спокойном, но настойчивом заявлении колумбийца – «Ты не принадлежишь этому миру». Когда он закончил, весь дрожал, а в горле зарождался смех, но наружу он вырвался со слезами. Крис расстегнул ремень безопасности и наклонился, сокращая разделявшее их расстояние. Стиснув зубы, чтобы окончательно не потерять контроль, он прижался к ней.

– Крис. – В голосе Карлы слышался отголосок того, что можно было принять за смех. В том, что она говорила, не было смысла, но все становилось ясно по тому, как она его обнимала. – Крис, послушай меня. Все в порядке. Из сложившейся ситуации есть выход.

Она принялась обрисовывать ему варианты. Но не прошло и минуты, как Крис прервал ее криком:

– Блядь, ты ведь несерьезно, Карла. Какой это выход?

– Крис, пожалуйста, послушай.

– Гребаный омбудсмен. Ты меня за кого принимаешь? За социалиста? За гребаного лузера? Эти люди…

Он развел руками, пытаясь передать масштаб, а сам тем временем подыскивал слова. Карла скрестила руки на груди и смотрела на него:

– Какие? Опасные? Может, хочешь снова поведать мне о том, как в прошлые выходные ты убил трех безоружных людей в зонах?

– Вооруженные или нет – они были отбросами, Карла.

– А угонщики в январе? Они тоже были отбросами?

– Там…